— А почему бы и нет?! Я тоже хочу любить и быть любимой, и могу родить тому, кто меня полюбит, сына — плод нашей взаимной любви!

Стейси едва не поперхнулась: слезы застряли у нее в горле, стоило ей только представить любимого мужчину вместе с его сыночком. Неделя выдалась тяжелой, Стейси устала и была на грани срыва. Долго ли еще ей страдать?

— Что за неожиданная перемена настроения? — спросил Эдгар. — А куда же подевалась та Стейси, которая упрямо твердила много лет подряд, что ее сердце отдано лишь одному человеку и никто его никогда не заменит? Ты подумала о возможных последствиях своего романа с Рэнднаффом? Мало того, что он моложе тебя, Кэтрин говорила, что он использует женщин, как бумажные салфетки. Даже она… Тебе известно, что Кэтрин и Кристофер одно время…

— Да, я знаю, что они были любовниками. — Стейси усмехнулась. — Но почему это должно меня волновать, если тебе это безразлично? В конце концов…

— Ты не можешь перейти на работу к Кристоферу! — перебил ее Эдгар. — Твое место здесь, в этом доме!

— Нет! — яростно закричала Стейси. — Мне нигде нет места, я никому не нужна, я свободна и хочу этим воспользоваться. Буду работать в отеле Кристофера, а если пожелаю, то и лягу в его постель. Если же посчитаю нужным родить от него, рожу, и мне никто этого не запретит. Понятно?

Внезапно Эдгар потянулся к столу, на который швырнул письмо Натанаэла Холдни, схватил его и разорвал на мелкие клочки.

— Ты так думаешь? — прошипел он. — Мне очень жаль тебя разочаровывать, но только ничего у тебя не выйдет!

— Это почему же? Ты не имеешь права? Я…

— Что? Ну что ты сделаешь? Предложишь мне нечто такое, от чего я не откажусь? — Он цинично усмехнулся. — Каждый человек имеет свою цену, Стейси. Но тебе нечего мне предложить!

Стейси побелела как мел: такого оскорбления она не ожидала.

— Не знаю, зачем ты так поступаешь, — прошептала она, — мне казалось, ты будешь рад избавиться от меня.

— Возможно, но ведь кто-то же должен управлять отелем? — холодно сказал Эдгар.

Стейси даже ахнула от боли: так ей и надо, ничего другого от него и не следовало ожидать! Ведь она ровным счетом ничего для него не значит — ни как личность, ни как женщина.

— Обязанности управляющего могла бы взять на себя Кэтрин, — как можно спокойнее ответила она.

— Любопытно узнать, чья это идея? Твоя или Рэнднаффа? Вам обоим хотелось бы поскорее избавиться от Кэтрин, хотя и по разным соображениям. А почему тебя не беспокоит мысль, что та работа, которая предложена тебе, тоже может быть выполнена Кэтрин? Более того, она имеет на нее больше прав, чем ты!

— С меня довольно! Я не желаю тебя больше слушать! Ты не вправе мне помешать! Я официально известила тебя о своих намерениях и прошу не забывать об этом!

— Позволю себе, однако, напомнить, — приторным тоном парировал Эдгар, — что в соответствии с трудовым договором тебе следует уведомить меня о своем желании уволиться за полгода. А это слишком большой срок для такого делового человека, как Кристофер Рэнднафф. Ты уверена, что он согласится столь долго тебя ждать?

На лице Эдгара было написано нескрываемое злорадство.

— Полгода? — ахнула Стейси. — Не может быть!

К сожалению, она знала, что Эдгар лгать не станет. Итак, шесть долгих месяцев… За это время Эдгар женится на Кэтрин, та даже успеет забеременеть от него, а что же останется ей, Стейси? Молча наблюдать, как расцветает их любовь? Полгода! Стейси закрыла глаза: у нее больше не осталось сил терпеть эту пытку.