– Но она серьезнее, чем те, которые преподносит случай вроде встречи с Керимой.

– Закон все равно остается законом. Сабир тяжело вздохнул и сказал:

– Может, лучше мне и не утверждать, что он мой отец.

– Я тоже был такого же мнения. Но я увидел, что вы жаждете знать хоть что-нибудь.

– Ну и что я узнал? Мне кажется, ничего стоящего.

– Да, к сожалению.

– Мало того, что все это бесполезно, но еще и далеко не убедительно.

– К сожалению.

– Из-за этих неожиданных сведений он стал для меня еще более желанным, чем вначале.

– Еще бы! Конечно.

– Все потеряно: свобода, достоинство, покой, Ильхам, Керима.

Адвокат предпочел промолчать, а Сабир заключил:

– Осталась только виселица.

– Ну-ну, есть кассационный суд,– с упреком сказал юрист. И с улыбкой добавил:

– Вообще-то есть еще новость, о которой мне рассказал господин Бурхан. Тут в один из дней к нему сам Рахими в дверь постучался.

– Правда?! – вскрикнул Сабир.

– Это буквально в октябре было.

– Октябрь… – Сабир невольно застонал.

– Да, октябрь.

– Я же его как раз в это время искал в Александрии.

– Он и в Александрию, кстати, заехал на шесть дней.

– С ума сойти! А я старейшин кварталов опрашивал. Отложил на потом идею дать объявление в газету, пока находился в Александрии, побоялся, что враги начнут надо мной насмехаться.

– Разве такое дело не важнее, чем все насмешки врагов?

– Конечно.

– Не расстраивайтесь. Видимо, он газет и не читает.

– Вряд ли это может служить утешением в моей беде.

– Не заставляйте меня раскаиваться в излишней откровенности.

Адвокат некоторое время наблюдал страдания Сабира, потом попытался отвлечь его:

– Он был здесь проездом в Индию. Подарил моему другу книгу «Как сохранить молодость на сто лет» и ящик прекрасного вина.

– Не исключено, что я все-таки его видел в автомобиле. А он сделал надпись на своем подарке?

– Думаю, что да.

– А нельзя ли увидеть эту книгу?

– Я принесу ее.

– А если мне подержать ее у себя в оставшиеся дни?

– Не думаю, что мой друг откажет в такой просьбе.

– Спасибо. А что еще?

– Мой друг рассказал, что он все еще сохраняет энергию молодости, полон свежих идей, любит пошутить. Говорил ему: «Я перемещаюсь с континента на континент, как твой палец с одного уса на другой». Еще сказал: «Не причисляй себя к живым, пока не объездил все четыре стороны света и не занимался везде любовью».

– Он не упоминал в своем разговоре о каком-нибудь своем сыне?

– Возможно, что у него есть дети на всех континентах, но он ни о чем, кроме любви, не рассказывает. Он тогда напился и пел любовную песню, услышанную им в одном из племен Конго.

– Пьет и поет… и в голову не приходит поинтересоваться своим потомством.

– Может быть, понятие отцовства меняется, когда распространяется на необычно большую численность отпрысков.

– И все же сыновья есть сыновья, мало их или много.

– Зачастую возникают странные противоречия, когда сильный отец рассчитывает видеть в сыновьях свое подобие.

– Что же это за оправдание?

– Некоторым чудакам мы прощаем такие оплошности, которые другим бы не простили. Что уж тут говорить о суперэксцентричной натуре, какой является этот человек?

– Ох, у меня голова идет кругом.