– Осуждают, – невозмутимо пожал плечами Сильнов. – Говорят, что Маркус какой-никакой, а Дёмин. И за честь рода стоит твёрдо. Не побоялся даже на поединок против бойца третьего ранга выйти. И победил.

– Победил, значит, – задумчиво протянул Михаил Васильевич. А затем, вперившись взглядом в боярского сына, резко спросил: – И что же мне с этим болтуном делать? А, Саша?

– А ничего не делать, боярин, – не отвел взгляд Сильнов. – Мой человек это. Я и разберусь.

– Твой? Ошибаешься. Все вы тут мои! Понятно?! Строят из себя непонятно кого! Крамолу своих людишек покрывают! И ты Дима не лучше! Думаешь, не понимаю, что недоговариваешь?

Шведов ничего не ответил, лишь только непроизвольно сжал кулаки.

– Разберется он… – уже тише произнёс боярин, снова переводя взгляд на Сильнова. – Значит так! Разговоры крамольные пресекать! Это вас обоих касается. А болтуна своего, Саша, заткни. Или я лично этим займусь. Понял меня? Хорошо, что понял. А вообще, отдай этого человечка Маркусу. Раз он его так любит, то пусть ему и служит. Марк теперь человек важный. Сама княгиня его на приём пригласила. Меня не пригласила, а щегла этого позвала.

– Сделаю, боярин, – кивнул боярский сын, пропуская последние слова старшего Дёмина мимо ушей.

– Вот и ладно, – совсем успокоился Михаил Васильевич. – Теперь ты, Дима. Расскажи, что там на пасеке случилось? А то мне о каких-то ужасах докладывали.

– Пока разбираемся, боярин. Работают наши дознаватели. Сразу что-то сказать сложно, там всё выгорело. Но если смотреть по следам вокруг и остаточным проявлениям Силы, можно точно сказать, что был бой. Точное количество погибших пока установить не удалось. Но судя по всему, наших людей, помимо бортника с семьёй, там не было.

– Этого ещё не хватало… – устало произнёс боярин Михаил и потер пальцем переносицу. – Хорошо, работай. Как только будут факты – доклад мне на стол. А пока свободны.

Глава 4

Если что-то хочешь сделать хорошо,

то лучше не делай!

Несмотря на то, что наше путешествие продлится всего один день, в дорогу мы собрались основательно. Ирина наделала просто чудовищное количество бутербродов с копченым мясом. Сварила десяток яиц. Положила солёного, пахнущего чесночком сала. И даже успела испечь небольшой пирог с рыбой.

На мой вопрос: «Куда нам столько?», женщина только отмахнулась и проворчала что-то про голодных мужиков в лесу. Оставалось только пожать плечами и согласиться.

Егор же взял с собой небольшой котелок, топорик, металлические кружки, запас чая и сахара, а затем, после напоминания всё той же Ирины, прихватил турку и кофе. А ещё Зареченский как следует вооружился. Меч, кинжал, пара крупных метательных ножей, небольшой щит и даже лук с колчаном стрел.

Я кроме пистолета с патронами, меча и кинжала, решил ничего не брать. Да и незачем. Не на войну иду.

Вышли мы рано, как только рассвело. И первое время даже не разговаривали, а наслаждались окружающей природой и тишиной.

Где-то спустя минут сорок мы свернули с капитальной дороги, что вела к поселку Дёмино, на просёлочную. И словно очутились в другом мире. Навстречу стали попадаться груженые телеги, двигающиеся в направлении города. Были и пешие путники. А затем и вовсе попались два конных пастуха, которые гнали по дороге целое стадо коров.

Чуть позже прошли рядом с большой деревушкой, на улицах которой била ключом обычная сельская жизнь, на ближайшие поля вышли крестьяне, а из кузницы, расположенной за оградой, раздавался звонкий стук молота по металлу.

– А я смотрю, люди тут довольны жизнью… – пробормотал себе по нос я, но Егор услышал.