Ухмыляясь, Кадзуки поднял лампу.

— Теперь я его знаю. Конец учебе!

— НЕТ! — пронзительно закричал Джек, бросаясь наперерез.

В тот же миг Кадзуки швырнул лампу в стену. Стекло лопнуло, проливая горящее масло в комнату. Джек налетел на недруга, и они свалились на пол.

Не теряя времени, Джек двинул Кадзуки кулаком в челюсть. Отплевываясь кровью, тот ответил парой мощных ударов в корпус. Джек изо всех сил пытался удержаться сверху, но Кадзуки прекрасно владел приемами борьбы и вскоре вырвался.

Они вскочили на ноги в центре горящей комнаты. Джек зазевался и пропустил два удара ногой: в бок и в грудь. Он врезался в горящую бумажную стену и, прорвав ее, упал в соседней комнате.

Кадзуки тотчас метнулся следом, целясь ногой в голову. В последний момент Джек перекатился в сторону, вывернул противнику ногу и сбросил его на пол. Затем вскочил и пнул в спину, не давая встать. И только тогда заметил, что горит рукав его кимоно.

Пока Джек судорожно пытался сбить пламя руками, Кадзуки пришел в себя. Поднявшись с пола, он ударил Джека кулаком в нос, схватил за обожженную руку и приемом сэой нагэ бросил в стену.

Джек лежал оглушенный, глядя на дрожащие блики на пылающем потолке. Пламя с треском пожирало Дворец львов. Кадзуки шагнул в комнату сквозь огонь, сжав кулаки. Глаза его горели ненавистью.

— Я давно мечтал прикончить тебя. — Он несколько раз ударил свою жертву ногой.

Джек скорчился и попробовал отползти, но пинок в голову лишил его сил. Корчась от боли, он беспомощно наблюдал, как пламя охватывает комнату.

Кровожадно ухмыляясь, Кадзуки с силой ударил ногой о дверной косяк. Дерево разлетелось в щепки, и комната начала рушиться. Джека придавило упавшей с потолка балкой. Он вскрикнул и попытался встать. Безуспешно.

— Гори, гайдзин! — Кадзуки сплюнул и ушел, оставляя Джека на верную смерть.

Джек лежал без движения.

Пламя разгоралось все сильнее, и постройка жалобно скрипела, угрожая вот-вот обрушиться.

Джека охватило горькое отчаяние. Он не попрощается с Акико и с друзьями, не увидит сестренку, не ступит на английскую землю. Он столько пережил, столько преодолел и так многому научился, а теперь погибнет в одиночестве. Сгорит заживо.

Будь проклят Кадзуки со своей бандой Скорпиона! Будь прокляты их подлые замыслы! Он был прав с самого начала! Отчаяние сменилось лютой ненавистью. Так просто они от него не отделаются! Джек рванулся изо всех сил, пытаясь сбросить балку.

Не вышло. Он попробовал снова.

— Джек! — послышался знакомый голос, и балку кто-то приподнял.

Юноша пополз вперед, царапая спину о дерево.

— Скорее! — торопил Ямато. — Я долго не удержу.

Он уронил балку через миг после того, как Джек вытащил из-под нее ноги и, поднявшись, заковылял вслед за Ямато в задымленный коридор.

— А где Кадзуки? — судорожно дыша, спросил Джек.

— Промчался мимо. Сказал, что не видел тебя!

— Он предатель! — выпалил Джек, когда они выскочили во двор.

Территория школы превратилась в поле битвы. В отблесках пламени сверкали клинки. Воздух сотрясали боевые возгласы самураев и крики раненых. Несколько учеников Нитэн ити рю сражались бок о бок с сэнсэем Хосокава и сэнсэем Ёса на фоне зловещего кроваво-красного зарева.

Ямато вытаращился на Джека.

— Кадзуки? Предатель?

Джек кивнул.

— И вся его банда Скорпиона тоже.

Оглянувшись, Джек заметил, что среди врагов немало таких же юных самураев, как они. По огромному росту он узнал Райдэна и Тору, двоюродных братьев Кадзуки из Хоккайдо.