Она спрыгнула с фургона и присоединилась к зрителям.

Микель успел замешаться в толпе, не особо стараясь прикидываться местным. Встретившись с ней взглядом, он улыбнулся, Китрин кивнула в ответ. Смитт и Шершень опускали сцену. Цепи, звякнув, встали на место, и на подмостки вышел мастер Кит — уже не в одеждах Оркуса, повелителя демонов: без Опал пьесу об Алерене Убийце и драконьем мече играть перестали. Теперь с плеч мастера Кита свисал переливающийся голубой плащ, зеленые чулки держались подвязками из ярко-желтых лент, а на ногах красовались уморительного вида башмаки.

— Приве-е-ет! — протянул мастер Кит комичным фальцетом. — Я сказал — привет, эй вы! Да-да, вы, в такой чудесной шляпе! Остановитесь, куда вам спешить? И вы, там сзади, подойдите ближе, увидите кое-что интересное. А? Точно-точно. И…

Мастер Кит замер, лицо свело от ужаса. Китрин, вздрогнув, чуть не обернулась посмотреть.

— Нет-нет, только не вы, — тем же фальшивым голосом пропел мастер Кит, и его рука мелькнула в воздухе, как вспорхнувший воробей. — Вы — идите себе дальше.

Зрители — которых должны были заводить Китрин с Микелем — засмеялись сами по себе: у фургона уже стояло с полдесятка зевак. Для «Проклятия невесты» хватало и одной актрисы, фривольную комедию с переодеваниями мастер Кит слегка переделал под условия Порте-Оливы: вместо короля в пьесе упоминали королеву, вместо злодея-йеммута с накладными плечами и фальшивыми клыками теперь выскакивал на сцену Смитт в увешанной бусинами овечьей шкуре — к удовольствию публики, которая радостно узнавала карикатуру на куртадама. Китрин хлопала в ладоши и смеялась, не столько показывая пример толпе, сколько добавляя веселья в уже готовый настрой.

В конце, когда актеры раскланивались под скромным дождем из сыплющихся на сцену монет, Китрин вдруг удивленно обнаружила, что вокруг царит все та же, прежняя жизнь. Прятаться в Порте-Оливе, ждать по ночам ограбления…

И знать, что Ванайев больше нет.

Сандр выпрыгнул из фургона, стирая влажной тряпицей краску с лица. Подчеркнутые гримом глаза и рот делали его моложе — а может, он просто выглядел по возрасту, хотя обычно старался казаться бывалым и видавшим виды.

— Хорошо сыграли, — улыбнулся он.

— Да, — согласилась Китрин.

— Пойдем угощу обедом, если хочешь.

За его плечом Китрин увидела нахмуренное лицо Кэри, следящей за ними из фургона, и попробовала взглянуть на себя ее глазами. Сандр, первый актер труппы. Китрин, наивная простушка. А может — Сандр, член труппы, и Китрин, причина смерти Опал. Поджатые губы, нахмуренные брови — Кэри недовольна ею или Сандром?..

«Выясняй», — донесся до Китрин голос магистра Иманиэля то ли из памяти, то ли из небытия.

Китрин, чуть согнув руку у пояса, слегка качнула ладонью. Кэри помахала в ответ и, указав на Сандра, кивнула: «Он всерьез?» Значит, история с Опал ни при чем — иначе бы Кэри только улыбнулась и помахала. Китрин, к своему удивлению, облегченно вздохнула и, глядя на Кэри, пожала плечами. Актриса закатила глаза и скрылась в фургоне.

— Что? — Сандр оглянулся через плечо. — Я что-то пропустил?

— Нет, просто Кэри выглянула. Ты вроде говорил про обед?

В харчевне, что стояла поблизости от новой квартиры Китрин, имели обыкновение подавать особое блюдо из курицы с соленой морковью, которое, по словам хозяина, отлично шло к темному пиву. Сандр заплатил пять лишних монет за отдельный стол с длинной скамьей, отгороженный от общего зала складчатой тканью, слишком грубой для гордого звания портьеры.