— Вы хотите сказать, что она устроила все сама и остальная труппа ни о чем не подозревала? — спросил Маркус.

Мастер Кит вздохнул:

— С Опал я путешествовал дольше, чем… чем с другими. Подозреваю, что она меня неплохо изучила, вплоть до способности перехитрить. Капитан, случись ей хотя бы солгать — я бы знал.

— Оставьте его в покое, Вестер, — подала голос Опал. — Он ни при чем. Это все я.

Что ж, первое признание. Не такое уж радостное.

— Я только не понимаю причин. — Мастер Кит обращался уже не капитану. — Я считал, что вы с Китрин подруги.

— Сколько мне осталось? — бросила Опал. — Ты уже приглядываешься к Кэри: не пора ли ей на роль леди Каунитар. Еще лет пять — и мне подойдут только роли ведьм и бабок, а потом наступит день, когда ты бросишь меня в вонючей деревушке где-нибудь в Элассе, а сам с труппой двинешь дальше!

— Опал… — начал было мастер Кит, но актриса подняла ладонь.

— Я знаю, как это бывает. Я на сцене много лет, с тех пор как была моложе нынешнего Сандра. Всякое повидала. И даже смирилась. А потом откуда ни возьмись на нас сваливается эта девчонка со своим банком, и… — Опал пожала плечами: так актеры изображают на сцене изнеможение и покорность судьбе.

Изнеможение и покорность судьбе, отметил для себя Маркус. Никак не сожаление о содеянном.

— Что ж, — сказал он. — Это еще не все.

Мастер Кит повернулся к капитану спиной — скрыть блеснувшие на спокойном лице слезы.

— В нашей комнате пять трупов, — продолжал Маркус. — До рассвета часа три. Если идти к гвардейцам королевы, то придется рассказывать о нападении и заодно о ларцах, ради которых все затевалось. И кроме того, нам нужно переехать: приятели Опал могли разболтать новость дружкам. Повозку мы продали. А у вас есть фургон.

Рана на плече успела неприятно занеметь, порез на ребрах раскрывался при каждом глубоком вдохе. Глядя в темные глаза актера, обдумывающего малоприятный выбор, Маркус понимал, что старик может запросто отказать, и надеялся лишь, что разговор не затянется.

— Труппа, несомненно, у вас в долгу, капитан Вестер, — произнес наконец мастер Кит. — Что я должен делать?

Через час актеры вместе с Маркусом уже были в соляном квартале. Ярдем к тому времени успел оттащить мертвеца подальше от жаровни и развел новый огонь. Теперь Шершень и Смитт мрачно заделывали тканью разрывы в пергаменте, а Кэри с Сандром и Микелем придирчиво оглядывали тела, сваленные штабелем у стены. Хмурый мастер Кит сидел на перевернутой ручной тележке. Китрин, подтянув колени к подбородку, сжалась на тюфяке; на Опал она даже не взглянула, та тоже старательно избегала смотреть на девушку. Комнатка, и без того крошечная, казалась слишком переполненной.

— В восточной дамбе, неподалеку от хлебных рядов, есть проем, — задумчиво сказал мастер Кит. — Насколько я помню, место довольно открытое, да и соваться туда обычному человеку незачем, так что объяснить свое присутствие там было бы сложно. Однако найти дорогу я сумею.

— Даже в темноте? — спросил Маркус.

— Да. И если нам туда соваться незачем, то другим и подавно.

— На вид такие мирные, — заметил Микель, разглядывая тела. — Кто бы мог подумать.

— Все покойники на вид мирные, — ответил Маркус. — На то они и покойники. Их у нас пятеро, а времени в обрез. Далеко до того места?

— Нас заметят, — сказала Китрин. — И выследят. Десять человек, которые тащат куда-то пять трупов? Да разве…

Девушка, бледная больше обычного, покачала головой и опустила глаза.