-- Моя сестра Пантея, -- запоздало представила ее я.

-- Поехали уже, -- мрачно сказала Розмари, не склонная к политесу и светским разговорам. -- Мы и так потеряли массу времени. И, молодые люди, мы просим вас держать в тайне от вашего начальства всё, с чем мы столкнемся в ближайшее время.

-- Что? Нельзя говорить Джеку? -- удивился Алекс и посмотрел на меня.

Я пожала плечами, подтверждая ее слова, а та пояснила:

-- Мы не можем сейчас иметь дело с "Искателями". Это будет слишком сильно отвлекать от действительно важных дел. Потом, когда... всё так или иначе закончится, можете хоть диссертации написать о внезапно открывшемся вам магическом мире. А до того лучше молчать. Даже вашему другу, который сейчас в больнице, не рассказывайте, пока в этом не будет необходимости. Для вашей же безопасности.

Ребята притихли, проникнувшись серьезностью ее тона, и медленно кивнули, а потом Алекс пожал плечами:

-- Я бы Мартину и так ничего рассказывать не стал. Он после операции до сих пор в себя не пришел. Самые простые вещи путать стал, так что ему сейчас только для полного счастья парочки магов не хватает...

Рассудив, что на этом с объяснениями можно закончить, Майкл первым покинул кухню, и за ним потянулись остальные, но на пороге Шарлотта вдруг как-то жалобно воскликнула:

-- Погодите! Вы ведь это всё всерьез, да? Магия, ритуалы, убийства...

Не оборачиваясь, Розмари резко вскинула руку, и в ту же секунду по столу побежали язычки пламени. Мы с Шарлоттой синхронно вскрикнули -- она от неожиданности, я -- потому что испугалась за стол. Алекс застыл на месте и моргнул несколько раз, словно не мог поверить собственным глазам. Решив, что этой демонстрации должно было хватить, Розмари опустила руку, пламя пропало, словно его и не было. Стол стоял совершенно такой же, как обычно, без подпалин. Шарлотта отчетливо икнула, но они с Алексом всё же пошли за магами.

Я же, выходя из дома на улицу и ежась от утреннего холода, подумала, что ни слова не сказала о книге заклинаний, надежно спрятанной у меня в комоде под стопками зимней одежды. Что это? Интуиция? Паранойя? Почему у меня странное чувство, что об этой книге даже самым близким не стоит знать?

-- Офигеть!.. -- выдохнула Шарлотта и откинулась на спинку сиденья, когда я окончила рассказ. Я поймала ее растерянное лицо в зеркало заднего вида и снова перевела взгляд на дорогу. -- И ты ничего нам не сказала? Ни нам, ни Мартину?

-- Ты же слышала -- они не знают, кому можно доверять.

-- Джек нас потом убьет, -- она фыркнула, теребя кулон на длинной цепочке. Таких кулонов у Шарлотты было полным полно, все имели какое-то символическое значение из разных мифологий, и подруга начинала безостановочно их теребить, когда волновалась. У меня была похожая привычка, от которой я все никак не могла избавиться -- я начинала крутить на пальцах кольца, которые в тот момент на мне были. -- Представляете, что будет, если мы ему потом невинно сообщим, что "Искателей" всё это время финансировал настоящий маг, мы об этом знали, но ему ничего не сказали?

-- Бог с ним, с Джеком, -- угрюмо отозвался Алекс, сидевший слева от меня. -- Давайте лучше думать, чем для нас это может быть чревато. Вам не кажется, что мы рискуем столкнуться с силами, с которыми не нам тягаться? Ведь будем откровенны -- о мире магии мы ни хрена не знаем, несмотря на все накопленные "Искателями" знания. Это лишь крохи информации. Этим двоим -- Фостеру и Блэквуд -- на нашу безопасность плевать, им главное -- раскрыть этого черного мага. А если он начнет избавляться от свидетелей?

-- А мне они показались вполне порядочными.