Хейзл враждебно посмотрела на него.

— Выходит, опять я виновата, да?

— У меня такое впечатление, что вы словно магнитом притягиваете к себе… э-э-э… несчастья.

Хейзл его голос показался невероятно сексуальным. Ах, как, должно быть, приятно, когда таким голосом во время занятий любовью тебе нашёптывают нежные слова! Хейзл покраснела как рак от столь нескромных мыслей — она была рада, что темнота скрывает ее пылающие щеки.

— Боже, как я ненавижу вас! — с чувством сказала она.

Ее мучитель мягко рассмеялся.

— Ничего, это пройдет.

Он подался к ней, и Хейзл инстинктивно вжалась спиной в стену. Но «садовник» лишь нажал на выключатель, находившийся над головой Хейзл. В гараже стало светло.

— А теперь объясните мне, что за шоу устроили вы в своей мокрой… простите, в слегка помятой футболке? Или предполагается, что я сам должен догадаться? — цинично ухмыляясь, осведомился «садовник».

Хейзл задохнулась от возмущения.

— Да как вы смеете?! Вы окончательно рехнулись!

— Еще нет, — с иронией ответил он, — хотя вы очень хотите добиться этого. — И строго спросил: — Что вы делали в таком виде на улице?

Продолжая кипятиться, Хейзл поведала историю с котенком. Когда она закончила, в гараже наступила тишина.

— И не вздумайте смеяться надо мной, — предупредила она со слезами на глазах.

— Боже упаси. Наоборот, я преклоняюсь перед вашей сердобольностью.

— За которую я и поплатилась, — пробормотала Хейзл.

В гараже было холодно, и она поежилась.

— Вам следует вернуться домой и потеплее одеться, — посоветовал «садовник».

— Я не могу, — призналась Хейзл, нервно кусая губы.

— Не понял.

Хейзл усмотрела в его тоне оскорбительный намек и опять вскипела.

— Дверь захлопнулась от ветра! Теперь понятно?!

— Ну и что?

— Дверь заперта, а ключ остался внутри, процедила она сквозь зубы. — Дошло до вас наконец?

«Садовник» медленно прошелся глазами по ее дрожащей фигурке и, подавив улыбку, вежливо ответил:

— Теперь — да.

К тому, что она замерзла, добавилась еще саднящая боль от занозы, засевшей в ребре ладони. Хейзл стала высасывать кровь.

«Садовник» молча взял ее под локоть и повел в дом через внутреннюю дверь гаража. Хейзл не сопротивлялась, лишь резко сбросила его руку и протиснулась в холл.

— Прошу, — насмешливо проговорил он, посторонившись.

— Он, должно быть, самый жадный миллионер в мире, — буркнула Хейзл себе под нос.

— Простите? — «Садовник» был явно шокирован.

— Ваш хозяин, — пояснила Хейзл. — Не может нанять хорошего специалиста.

— А… да, — после небольшой паузы согласился «садовник» и улыбнулся. Он повел Хейзл в кухню, которая оказалась еще более ослепительной, чем та, что в доме Суортсов. — Возможно, вы правы, — сказал он наконец. — У вас, насколько я понимаю, есть опыт по найму домашней прислуги?

— Вы не ошиблись, — с усмешкой подтвердила Хейзл, и удивление, промелькнувшее в глазах «садовника», доставило ей удовольствие. Когда я училась в художественной школе, подрабатывала горничной в гостиницах. Их владельцы хотели, чтобы у них все блестело за гроши.

— А почему вы решили, что мой… э-э-э… хозяин такой же?

— Иначе он бы не нанял вас.