— Какие-то проблемы? — спросила Полин озабоченно.

— Что? — встрепенулась Хейзл, заметив подругу. — О, привет! Нет-нет — скорее наоборот. Гауэйн сказал, что нашел мне студию. Я могу работать там целую неделю во время каникул. Хейзл странно улыбнулась.

— Хейзл, что случилось?

— Случилась потрясающая новость.

Вернувшись домой, Хейзл почувствовала жуткую усталость. Каждый учитель в школе считал своим долгом спросить ее о самочувствии. Она вошла в дом и прислонилась спиной к двери.

— Что ты собираешься сделать?

— Взять недельный отпуск.

Совет директоров «Уэскер Корпорейшн» был в недоумении.

— Но эти слухи… — сказал кто-то.

— Чепуха! — бросил Лерой.

— А что, если пресса пронюхает об этом?

Лерой кивнул на своего главного финансиста.

— Я уверен, Ник справится. В случае необходимости можно проконсультироваться с департаментом по связям с прессой.

По столу прошел гул голосов.

— Где ты будешь?

Лерой улыбнулся.

— Реджи будет знать, как со мной связаться. В случае крайней необходимости, разумеется.

Членам совета директоров ничего не оставалось делать, как принять это к сведению.

— Машина придет за вами в семь часов, — доложила Реджи. — Пилот оформляет полетный лист. Как только ему дадут разрешение на взлет и посадку, он свяжется с вами.

В кабинет вошел вице-президент фирмы.

— Послушай, Лерой, я понимаю, что тебе нужен отдых, но разве сейчас время для этого?

— Да, — твердо ответил тот.

— Может, тебя кто-то расстроил? Люди из Атланты, Марша? Нельзя же вот так взять и уехать под горячую руку.

— Я нахожусь в совершенно нормальном состоянии! — в ярости огрызнулся Лерой. — Я просто хочу взять короткий отпуск… Неужели это непонятно? — Он положил папки в сейф, набрал код и закрыл дверь на ключ.

— А если Марша все же попытается продать акции?

Лерой взял свой атташе-кейс и почти злорадно улыбнулся своему вице-президенту. У того было испуганное лицо.

— Ты же слышал, Ник, я сказал, что ты можешь справиться с этим. Так справляйся. Меня уже здесь нет.

И он вышел из кабинета.

Резкий звонок в дверь вывел Хейзл из задумчивости. Она вытерла слезы и распахнула дверь, приготовившись к битве.

Но это был не кто иной, как Гауэйн. Он улыбался во весь рот и махал большим коричневым пакетом.

— Трам-тарарам-там-там! — пропел он, приплясывая. — Каникулы, студия и вдохновение в одном пакете. Ну, не молодец ли я? — Гауэйн протянул Хейзл конверт, который она машинально взяла. — Спасибо, Гауэйн, — подсказал он ей.

— Спасибо за что? — подозрительно глядя на конверт, спросила Хейзл.

— За решение всех твоих проблем.

— Всех? — Хейзл боялась, что события вчерашней ночи написаны у нее на лице. Она протерла глаза и с грустью сказала: — Извини, я что-то плохо соображаю сегодня. Только-только вернулась из школы. Проходи, я приготовлю кофе, и ты мне расскажешь, от каких проблем я избавлюсь.

Выслушав Гауэйна, она недоверчиво уставилась на него.

— Франция? Ты что, шутишь? Я не могу позволить себе поездку во Францию!

Гауэйн постучал пальцем по конверту.

— Это не будет стоить тебе ни пенни. Здесь лежит авиабилет.