Рэвйяк последовал за Бренором.

Сначала молодой варвар был глубоко уязвлен тем, что отец не доверился ему, не предложил пойти с ним. Но, подумав о Берктгаре, гиганте, всегда живущем на грани насилия, Киерстаад понял, что он больше не нуждается в разрешении отца. Если Рэвйяк утратил славу рода Джорнов, тогда Киерстаад, Киерстаад-мужчина, намеревался вернуть ее. Власть Берктгара над племенем укреплялась, и только деяние героических масштабов обеспечит Киерстааду одобрение соплеменников, необходимое для того, чтобы воспользоваться Правом Вызова. Он решил, что наступил момент добиться этого, ибо знал, как поступил бы его мертвый кумир. Сейчас товарищи самого Вульфгара находились в снежной пустыне, и им была нужна помощь.

Настало время Киерстаада заявить о себе.

Он добрался до рудников дворфов в полдень и спокойно скользнул в маленькие штольни. Комнаты в основном были пусты, дворфы, как всегда, занимались добычей ископаемых и ремеслами. Их прилежание, очевидно, перевешивало возможную обеспокоенность за безопасность вождя. Сначала это показалось Киерстааду странным. Но затем он понял, что такое поведение дворфов показывало их уважение к Бренору, который не нуждался в присмотре и который в конце концов часто пускался в путь вместе со своими друзьями не дворфами.

Будучи уже знакомым с этим местом, Киерстаад легко нашел комнату Бренора. Вновь взяв в руки Клык Защитника, он ощутил надежность этого боевого молота и его поддержку и уверился в правильности избранного пути.

День стал уже клониться к вечеру, когда юному варвару удалось выбраться в открытую тундру с Клыком Защитника в руке. По всем расчетам, Бренор с товарищами опережали его на полдня, а Рэвйяк был в пути уже почти восемь часов. Но они, вероятно, просто шли, а Киерстаад был молод. Он побежал.

Передышка длилась весь остаток дня, пока Стампет также внезапно и неожиданно не встала на ноги и не побрела через пустынную тундру. Целеустремленность движения находилась в разительном противоречии с ее пустым, бездумным взглядом.

— Заботливый демон, дал нам отдохнуть, — с сарказмом заметил Бренор.

Никто из остальных не оценил его юмора: если Эррту устроил этот импровизированный отдых, тогда, вероятно, бейлор точно знал, где они находились.

Эта мысль неотвязно сопровождала каждый их шаг, пока вскоре нечто иное не привлекло внимание Дзирта. Он охранял группу с флангов, легко перемещаясь с одной стороны на другую, описывая широкие дуги. Через некоторое время он остановился и жестом пригласил Бренора присоединиться к нему.

— За нами идут, — заметил дроу.

Бренор кивнул. Не новичок в тундре, дворф уловил безошибочные признаки преследования: быстрые перемещения далеко в стороне, суету, возникавшую среди потревоженной чьим-то передвижением дичи.

— Варвары? — обеспокоенно спросил дворф. Несмотря на недавние трения, Бренор надеялся, что это Берктгар и его соплеменники. Тогда, по крайней мере, дворф знал бы, какие именно проблемы у него возникнут!

— Кто бы это ни был, он знает тундру — очень мало дичи было потревожено, и ни одного оленя. Гоблины не столь осторожны, а йети не преследуют, они нападают из засады.

— Значит, люди, — ответил дворф. — А единственные люди, достаточно хорошо знающие тундру, — это варвары.

Дзирт согласился.

Бренор вернулся к Кэтти-бри и Реджису, чтобы рассказать о возникших подозрениях, а Дзирт отправился описывать очередную широкую дугу вокруг отряда.

Они и в самом деле мало что могли предпринять: местность была слишком открытой и плоской для каких бы то ни было действий. Если это были люди Берктгара, то они наблюдали за ними скорее из любопытства, нежели с угрозой. Открытое столкновение с варварами могло лишь породить лишние проблемы.