Дарнел запрыгнул на водительское сиденье и вырулил со стоянки. Улицы города были забиты машинами, и какое-то время они двигались очень медленно, но, когда автобус выбрался на основную магистраль, стало гораздо свободнее. Они проехали девяносто минут без остановки. Зите очень хотелось пить и в туалет, но она боялась подать голос. Девушки на заднем сиденье всю дорогу молчали, и она не решалась даже взглянуть на них.

Дарнелл пересек мост и выехал на Брод-стрит. Он припарковался на обочине возле отеля «Мариотт» и позвонил по мобильному. Через пару минут из стеклянных дверей вышел белый мужчина в костюме в тонкую полоску и направился к ним. Он поздоровался с Дарнеллом и одобрительно взглянул на девушек, которые вылезли из автобуса.

Мужчина протянул Дарнеллу конверт.

— Это аванс, — сказал он. — Остальное получите, когда будете забирать их обратно.

Дарнелл хмыкнул.

— Заставь этих тварей поработать.

Мужчина недобро улыбнулся.

— Они поработают нормально, не беспокойся. У нас тридцать два клиента выстроились в очередь, а съезд еще даже не начался.

— Вот это мне нравится.

Мужчина проводил девушек в отель, и латиноамериканец снова сел на пассажирское место. Дарнелл развернулся и снова влился в поток машин. Они заехали на заправку, чтобы Зита могла сходить в туалет, и помчались дальше. Путешествие продолжалось весь день, с короткими остановками на заправке и у «Макдоналдса», где они заказали обед. Зита умирала с голода, однако чуть не подавилась гамбургером, который дал ей Дарнелл. От жирной котлеты и сладко-соленых добавок ее едва не стошнило.

В Гаррисберг они въехали за час до захода солнца. Дарнелл свернул с шоссе на стоянку для грузовиков, заполненную примерно наполовину, и хмыкнул.

— Маленькая шлюшка, типа, не знает, как ей повезло, — пробормотал он. — Если бы я решал, она бы у меня поработала на стоянке. Я бы научил ее уважать старших.

Мануэль загоготал:

— Вот поэтому ты всего-навсего водишь автобус!

— Заткнись, мать твою, — огрызнулся Дарнелл.

Он обогнул мотель и припарковался у черного хода. Мануэль вынул из кармана ключ от номера и открыл дверь. Дарнелл выволок Зиту из автобуса, втолкнул в комнату и бросил на кровать. Она свернулась в комок и прижала к груди подушку — ей показалось, что Мануэль и Дарнелл собираются ее изнасиловать. Дарнелл обвел ее плотоядным взглядом и заржал:

— Смотри, Мануэль. Она боится!

Мануэль, не обращая на него внимания, включил телевизор. Все еще смеясь, Дарнелл взял журнал и заперся в туалете.

Наступил вечер. На улице стемнело. Дарнелл принес еды из «Бургер Кинг», и Зита нехотя поела. В десять часов Мануэлю позвонили на мобильный. Он взял трубку, подошел к окну, чуть отодвинул занавеску и заглянул в щель.

— А вот и они, — хмыкнул он и раздернул шторы до конца. Рядом с мусорными контейнерами припарковался автофургон. Зита увидела, как из него одна за другой вышли семь девушек и направились к стоянке, теперь уже забитой грузовиками-фурами. Все они были очень юными, совсем подростками.

— Как думаешь, сколько они соберут сегодня? — спросил Дарнелл.

Мануэль прикинул:

— Тысячи две. Может, побольше. Стоянка забита под завязку.

Дарнел ухмыльнулся.

— Дальнобойщики сегодня не будут скучать.

Зита уткнула голову в выцветший плед и принялась пересчитывать переплетавшиеся друг с другом нитки. Вид девочек, обходящих фуры, доконал ее окончательно. Разве существо, называющее себя человеком, может шутить над изнасилованием детей? В который раз она спросила себя, какая же судьба уготована ей.