Они поднялись по лестнице и остановились у двери — тоже без каких бы то ни было опознавательных знаков, но с кодовым замком. Грийер набрал несколько цифр. За дверью оказался современный, удобно обставленный офис с кондиционером. Грийер сообщил, что в бомбейском отделении CASE работают двадцать девять служащих. Примерно треть из них — стажеры из Соединенных Штатов, Австралии и Британии. Из штатных сотрудников двое тоже были выходцами с Запада, остальные были индийцами и приехали из разных частей страны. Томаса очень впечатлил тот факт, что даже 31 декабря, в канун Нового года, в офисе кипела бурная деятельность.

Грийер представил Томаса Саманте Пендерхук, директору юридического отдела. Саманта, маленькая изящная блондинка родом из Чикаго, очень понравилась Томасу; она казалась воплощением деловитости и работоспособности. Они пожали друг другу руки, и Саманта жестом пригласила Томаса присесть.

— Я уверена, Джефф уже обрисовал вам картину того, чем нам приходится здесь заниматься, — начала она. — Но мои слова, пожалуй, прозвучат более резко. Бомбей — это не округ Колумбия. Здешняя судебная система способна свести с ума кого угодно. Суды забиты до отказа, и дела ведутся настолько странно, что это будет выводить вас из себя, даже когда вы привыкнете к индийской манере. В качестве компенсации мы предлагаем вам две вещи: первое — это возможность действительно изменить к лучшему судьбы реальных людей и второе — чай со специями, который готовит наша Сара. — Саманта сделала паузу и посмотрела на дверь. — Вот это точность!

В комнату вошла молодая индианка с подносом, нагруженным дымящимися чашками. Она улыбнулась и принялась передавать чашки всем присутствующим.

Томас взглянул на Саманту.

— Ну, чай мне нравится. А со всем остальным я справлюсь.

Она слегка улыбнулась.

— Если вы скажете мне то же самое через два месяца, тогда я вам поверю.

Потом Джефф представил Томаса Найджелу Макфи, заведующему отделом расследований. Телосложением Найджел походил на медведя. Он родился в Локерби, в Шотландии, служил в войсках особого назначения, потом был специальным агентом MI5, а потом, по собственному признанию, «прозрел» и начал работать на CASE.

— Бомбей находится далековато от Локерби, — заметил Томас.

— С таким же успехом он мог бы быть на луне, — парировал Найджел. — Большую часть года жить в этом городе так же приятно, как в малярийном болоте. Но я приехал сюда не в отпуск. В Бомбее полно плохих парней. Головорезов, сутенеров, гангстеров, торговцев наркотиками, владельцев борделей. Как раз таких я и люблю. А копы еще лучше. Тут самые некомпетентные и коррумпированные полицейские из всех, каких мне приходилось встречать. За исключением пары-тройки приличных. Так вот, за удовольствие иметь с ними со всеми дело я готов жизнь отдать.

— А почему офис расположен не в Южном Бомбее? — спросил Томас. — Как-то далеко от реального места действия.

— Я показал ему Каматипуру, — пояснил Грийер.

Найджел хохотнул:

— Мальчик мой, Каматипура — это только начало. Есть поэты, которые называют весь Бомбей одним большим борделем. Стоит немного поскрести — и обязательно наткнешься на гадость.

Томас нахмурился.

— Моя жена родилась в Малабар-Хилл. Она никогда не говорила мне ничего подобного.

— Богачи не очень-то любят говорить про такое. — Найджел посмотрел на часы. — Прошу прощения, но мне нужно успеть закончить доклад. Приходите поболтать, если вам нужно будет средство, чтобы не уснуть. Мои истории взбодрят вас получше кофе.

Последней, с кем познакомился Томас, была Рэйчел Пандолькар, директор отдела реабилитации, стройная, лет тридцати пяти индианка с тонкими чертами лица и большими глазами.