Мишка сразу запустил систему полного автотестирования своего орудия и уже через пару секунд его пульт радостно пискнул и мигнул зелёным огоньком: проблем не обнаружено. Одновременно с Мишкой, сигнал об исправности орудия получил и их командир батареи, мичман Огоньков, но Мишка всё равно связался с ним по внутренней сети и голосом доложил, что "БП-13 к бою готов".

   Глупость, конечно, докладывать голосом, Огоньков и без этого видит на своём пульте, что орудие исправно, а расчёт здоров. Глупость, но... её никто не отменял, она, эта глупость, была прописана в уставе. После Прыжка положено доложить голосом своему старшему о реальном положении дел, вот Мишка и доложил. И он знал, что после таких сигналов от всех орудий своей батареи Огоньков и сам голосом будет докладывать о готовности командиру учебного сектора, лейтенанту Павлову, а тот - старшему канониру, и уже последний доложит общую картину самому капитану.

   По кораблю из динамиков общей связи разнёсся сигнал "внимание всем", а затем голос командора Геринга сообщил:

   Товарищи гардемарины и офицеры! Наш корабль успешно совершил Прыжок в систему Брэссе. Повреждений во время Прыжка получено не было, все системы работают нормально. Поздравляю, товарищи! Продолжать занятия по распорядку...

   Нуалло Энро Пятый стоял перед тремя Хранителями, беспомощно опустив голову. Бесполезно. Всё бесполезно, он не смог убедить их помочь. Хранители считают, что Время ещё не пришло. Нужно смириться и терпеть, терпеть во имя Шэни.

   Терпеть.

   Опять терпеть. Снова терпеть. Тысячи детей шэни каждый год отправляются в безнадёжное и позорное рабство на другие планеты, вдаль от Родины. И никто из них никогда не возвращается обратно, никогда. Да и участь живущих на самой Брэссудзе не слишком отличается от рабской. А ведь когда-то... Когда-то... Когда-то шэни были таким весёлым и радостным народом. От той поры, от поры расцвета расы, теперь остались лишь великолепные произведения искусства и брошенные прекрасные дворцы и города. И ещё песни, ведь шэни очень любили песни. Но как же сильно отличаются древние песни времён Покоя от современной рабской музыки, наполненной глухой и безнадёжной тоской по прошлому.

   Но Мудрые не вняли голосу Нуалло Энро Пятого, не поверили ему. Они, шэни, слишком долго ждали, Вера в Покой почти угасла, даже Мудрые уже не верят в неё. А вот Нуалло Энро Пятый - верит. Он был на Земле, на самой Земле, видел людей и много говорил с ними. Нельзя, дальше так жить нельзя! Ведь шэни не живут, они существуют.

   И тогда Нуалло Энро Пятый решил сделать последнюю попытку переубедить трёх Хранителей. Он достал из своей сумочки для мелочи кристалл памяти, который на Земле ему при прощании подарил его друг-человек Илья. Нуалло Энро Пятый многому научился у того Ильи-человека, хотя годами был значительно старше его. Научился прежде всего не сдаваться, научился бороться со своим страхом. А ещё научился бить, а не сносить побои. Бить в ответ.

   Быть может, сейчас другой землянин поможет ему? В конце концов, шэни очень любят хорошую музыку и хорошую песню. Любят и понимают. Песня не может лгать. А Хранители - тоже шэни, пусть и потерявшие Веру в Победу. Но они - шэни!

   Нуалло Энро Пятый включил воспроизведение кристалла и в комнате появилась неподвижно застывшая фигура землянина.

   - Мудрые, - сказал Нуалло Энро Пятый, - позвольте мне показать вам кое-что.

   - Что это? - спросил Второй Хранитель.