Юнцы потихоньку ускользнули ночью. Каждый отправился на своей лошади, и каждый захватил все оружие, какое у него было.

Глава 36

Делать было нечего. Четыре бунтаря никому не рассказали о своих планах. Вероятно, они отправились лично мстить врагу. Некоторые говорили родственникам исчезнувших юношей, что, возможно, те просто самостоятельно отправились на охоту, но никто в это не верил.

Люди выбрали места будущей стоянки, и кланы разошлись на лето в разные стороны. Клан Кривых Ребер двинулся на юго-восток, в земли Высокой Травы. Гарсии эти места нравились больше всех других земель, которые он повидал, живя с Народом.

На третий день пути Верный Глаз, шедший впереди, заметил следы четырех лошадей. Он сообщил об этом, и были приняты дополнительные меры безопасности. Скорее всего, на этих четырех лошадях ехали пропавшие юнцы, но сказать наверняка было невозможно. Это могли оказаться и чужие лошади. Оставалась надежда, что молодые люди, знавшие, в каком месте будет устроена летняя стоянка, просто выехали заранее, чтобы поохотиться.

Гарсия в это не верил. Он видел горящие взгляды на Совете и был убежден, что случившееся — проявление неповиновения. Эти молодые люди сознательно выступили против воли вождей. «И могут нарваться на неприятности, с которыми не сумеют справиться», — опасался Гарсия.

Два Ястреба, исчезнувший молодой человек из их клана, был упрямым и замкнутым. Угрюмо и холодно реагировал на любое предложение помощи. Гарсия часто задавался вопросом, зачем он вообще дает себе труд посещать его уроки. Очевидно, теперь он встретил родственные души в других кланах.

Четверо всадников были снаряжены так, что двигались гораздо быстрее остального клана. Их след все труднее было различить по мере увеличения расстояния между двумя отрядами. А по прошествии нескольких солнц, после летнего дождя, след исчез вовсе. Судьба юношей продолжала вызывать беспокойство, хотя некоторые были склонны вообще забыть о происшествии.

«Такое безответственное поведение, — заявила одна пожилая женщина, — заслуживает любого несчастья, которое может их настигнуть».

Страхи усилились после того, как обнаружились следы еще одной большой группы людей. Этим следам было несколько дней, и среди них виднелись отпечатки лошадиных копыт. И еще — полоски от волокуши.

Поскольку было известно, что в этих землях больше нет никого из Народа, это не могли быть соплеменники. Возможно, это — Земледельцы. Но Земледельцы не жили в типи, они строили жилища из бревен и глины, а значит, ничего не перевозили на шестах. Были и другие племена, частично занимавшиеся охотой, но опять-таки они строили хижины из соломы, не пригодные к перевозке.

— Дальше на север, — рассказал Койот зятю, — племена строят похожие жилища.

Но здесь, рядом с Холмами Высоких Трав, самое пугающее объяснение казалось самым вероятным. След, скорее всего, оставлен Крушителями Черепов. Предположение подтвердилось одной находкой. На следующий день рядом с покинутой стоянкой неизвестного племени люди Кривых Ребер обнаружили пару изношенных мокасин. Вышедшая из строя обувь была явно излюбленного покроя Крушителей Черепов.

Лишь немного утешал тот факт, что племя, очевидно, передвигалось вместе с семьями. Как Гарсия уже заметил раньше, конфликта всеми силами избегали, если при столкновении могли пострадать женщины и дети. Поэтому встречи Крушителей Черепов и Народа часто обходились без кровопролития. Опасность заключалась в вероятности натолкнуться на военный отряд врага. Несколько вооруженных Крушителей Черепов верхом на конях были гораздо опаснее целого племени, такого, как то, что оставило свой след.