— Так зачем его приняли? Наставники говорили, что в Круг пройдут лишь пятеро. У нас полно других учеников, которые отдали бы правую руку за это лишнее место. И я — один из них. — Ямато выпустил Сабуро и начал яростно отряхивать кимоно от снега.

— Прости, он действительно прошел испытание, а ты нет.

— Знаю. — Мальчик плюхнулся на веранду. — Но Ёри даже не участвовал в остальных. Откуда сэнсэям знать, готов он или нет?

— А мы что, готовы? — спросил Джек.

— Ну, ты уж точно нет. Тебя просто взяли, — выпалил Ямато.

— Вот поэтому я и должен ходить к сэнсэю Кано, — ответил Джек, словно извиняясь.

— Тебе это пригодится.

— Именно. И твоя помощь тоже, если ты не против.

— Ты о чем?

Ямато повернулся к Джеку:

— Сэнсэй Кано сказал, мне нужен партнер для поединков. Я надеялся, им будешь ты.

Ямато медлил с ответом, и Джек решил, что сейчас он из гордости откажется.

— Да хватит тебе. Поборемся, как в старые времена в Тоба.

Мальчик раскусил хитрость и все же сумел выдавить из себя слабую улыбку:

— Спасибо, Джек. Конечно, я согласен. Ты же знаешь, я никогда не упущу возможности тебя вздуть!

Тем вечером Джек услышал, что Ёри плачет. Оставлять друга одного не годилось, и Джек постучал к нему.

— Входите, — всхлипнул мальчик.

Джек сдвинул сёдзи и шагнул в комнату. Тут едва хватало места встать, не говоря уже о том, чтобы сесть. Комнатка была крошечная, и всю ее заполонили бумажные журавлики. А Ёри, как одержимый, делал все новых и новых.

Джек расчистил себе место и сел рядом. Мальчик даже не повернул к нему головы. Тогда Джек решил помочь ему с оригами. Закончив пятого журавлика, он уже не мог сдерживать любопытство.

— Зачем тебе столько? Ты ведь решил коан.

— Сэнбадзуру ориката, — пробурчал в ответ Ёри.

— Что это? — Джек озадаченно наморщил лоб.

— Есть такая легенда, — продолжил Ёри, недовольный тем, что его отвлекают. — Если кто-то сложит тысячу журавликов, журавль исполнит его желание.

— Вот как? А какое у тебя желание?

— А разве непонятно?

Джек догадывался какое, но раз уж Ёри был не расположен к беседам, решил промолчать. Разговор не ладился, и Джек встал размять ноги. Он шагнул к маленькому оконцу и посмотрел во двор. В темноте плыли снежинки. Если бы у Джека хватило терпения сложить тысячу журавликов, он бы знал, что загадать. То же, что он загадал даруме.

Джек вспомнил о сестре. Где она сейчас? Хорошо, если хотя бы завтракает у миссис Уинтерс. А если нет? Об этом и подумать было страшно.

Не хотелось добавлять к печалям Ёри свои собственные, поэтому Джек снова сел за работу. Он взял листок и сложил еще одного журавлика.

Вскоре стопка листочков закончилась. Ёри тихо поблагодарил его за помощь и сказал, что на следующий день раздобудет еще. Улыбнуться у него не вышло, однако он немного успокоился и перестал плакать, поэтому Джек направился к себе. Отодвинул сёдзи. И в ужасе застыл.

В его комнате все перевернули вверх дном.

Футон развернули и вспороли. Парадное кимоно, ги и боккэн валялись на полу. Даруму и бонсай сбросили с окна, и деревце с голыми корнями лежало на боку, а земля рассыпалась.

Сначала Джек решил, что это Кадзуки. Именно такого и следовало ожидать от него и его банды Скорпиона. Он внимательно осмотрел комнату, проверяя, не пропало ли что-нибудь. К счастью, мечи Масамото нашлись под парадным кимоно, а скомканный, но целый рисунок сестры лежал под цветочным горшком.