– Мы просто должны действовать очень продуманно, вот и все. Необходимо порвать эту связь короля, ибо так не должно больше продолжаться.

– Мне все равно. Не она, так другая!

– Анна, умоляю тебя, будь разумной. Дело не в том, будет ли у короля любовница. Нужно, чтобы этой любовницей была другая девушка, но только не эта.

– Ты полагаешь, здесь что-то большее, чем любовная связь?

– Совершенно верно.

В дверь заглянула Мэдж Шелтон.

– Извините. Я думала, Ее Величество одна.

Они с Джорджем посмотрели друг на друга понимающим взглядом, и Мэдж удалилась.

– Наша кузина Мэдж тоже очень хорошенькая девушка, – заметил Джордж, и Анна посмотрела на него удивленными глазами. – Тебе не понравится то, что я скажу сейчас, Анна. Это отчаянная попытка, но мне кажется, она будет иметь успех. Мэдж прекрасно выглядит – такая молоденькая, обаятельная. Предыдущая связь может постепенно ослабнуть и…

– Джордж, я не понимаю, о чем ты говоришь?

– Мы не можем себе позволить быть слишком порядочными.

– Боже мой, будь откровенным до конца. Ты предлагаешь подставить Мэдж королю, чтобы он порвал с той девицей?

– Мы боремся не с ней, мы боремся с ее партией!

– Я не пойду на это! Почему именно Мэдж? Она так молода, а он… Ты не знаешь, Джордж, какую жизнь он вел.

– Я все знаю. Но мы боремся сейчас за свою жизнь.

Анна решила отбросить свой страх и рассмеялась. Она слишком громко рассмеялась. И Джордж с беспокойством подумал о том, что в последнее время она слишком часто смеется.

– С того самого момента, как я решила стать королевой, появилось очень много предсказателей моей судьбы. Я помню, предсказали, что мне отрубят голову. – Она положила руку на горло. – Не беспокойся, Джордж. Мой муж, как это принято, развлекается. До свадьбы он меня боготворил. А что теперь? – Она пожала плечами и снова стала смеяться.

– Успокойся! Подумай о Елизавете.

– При чем тут Елизавета?

– Мария Тюдор была объявлена незаконной дочерью лишь потому, что королю надоела ее мать, и он решил, что коль она не может родить сына, то больше ему не жена. Да, мы прекрасно знаем, как он печется о своей совести. Вспомни, он пишет труды на религиозную тему. Мы все это прекрасно знаем и понимаем. Но, Анна, сейчас мы одни, и нам некого опасаться. Как хорошо иметь под боком такого человека, которому можно сказать все. Анна, я подумал, что мы с тобой не столь уж и невезучие люди.

– Прекрати, а то я заплачу.

– Сейчас не время для слез. Я уже сказала тебе, что Мария объявлена незаконнорожденной, хотя мать ее из Испании и родственница одного из могущественных людей в Европе. Ты же всего-навсего дочь графа Вилшайера, который еще недавно был сэром Томасом Болейном и стал графом только для того, чтобы оказать тебе честь. Его легко можно лишить этого титула – он не император, Анна! Ты понимаешь, что я хочу сказать? И тем не менее Марию объявили незаконнорожденной! А что будет с Елизаветой? Кто побоится ее родственников?

– Ты прав! – воскликнула Анна срывающимся голосом.

– А если у короля больше не будет сыновей, королевой Англии станет Елизавета или Мария! Анна, ты должна бороться. Ты должна остаться королевой, хотя бы ради дочери!

– Ты прав. У меня есть дочь.

– Поэтому… Она кивнула.

– Ты прав, Джордж. Ты часто бываешь прав. Я подумаю о том, что ты имел в виду, мы с тобой не столь уж невезучие люди. Да, нам везет, потому что мы вместе!

На следующий день она отправила Мэдж Шелтон с запиской к королю.