|
Говорили, что он очень расстроен тем, что потерял маленькую Катерину. А ведь она еще совсем юная! Разве можно, чтобы такое ужасное поведение оставалось ненаказуемым? Когда она умрет, то обязательно окажется в аду, где будет вечно страдать. В этом нет никакого сомнения. Мысли подобного рода несколько успокаивали Марию Ласселс.
Девушки хохотали, болтали, по своему обыкновению, всякие глупости, когда Мария подошла к двери, чтобы выполнить приказ герцогини.
– Куда это ты направляешься? – спросила у нее одна из девушек.
– Выполнить приказ герцогини. – Мария всунула ключ в замок с наружной стороны двери. Девушки слышали, что она с кем-то разговаривает. Она вернулась в комнату, и дверь тут же заперли снаружи.
Девушки возмущенно спрашивали:
– Что это значит? Какая-то шутка? Что ты сказала, Мария Ласселс? Зачем ты взяла ключ?
Мария Ласселс посмотрела на них и поджала губы.
– Ее милость герцогиня очень недовольна. Всю ночь она слышит хохот и шум. Она вызвала меня и сообщила о своих намерениях. Ночью двери комнаты должны быть заперты. Ключ находится у нее.
Послышались возмущенные крики.
– Мария Ласселс, не рассказывай нам сказки!
– Это действительно так.
– Что еще можно ожидать от дочери повара…
– Конечно, ничего другого и не следовало ожидать…
– Это бессовестно с вашей стороны. Ее милость приказала мне оставлять ключ от спальни снаружи. Наверно, потому, что считает меня самой благопристойной из вас.
– Поклянись, Мария, что ничего не рассказывала ее милости о том, что происходит в этой комнате, – велела Дороти Барвик.
– Клянусь!
– Тогда в чем дело?
– Она услышала шум. Она говорит, что здесь все время кто-то шепчется. Возможно, ей что-то рассказали слуги.
– Возможно, слуги могли заметить, как джентльмены пробираются к нам по лестнице, – сказала одна из девушек и захихикала. – В прошлый раз Томас наделал много шума.
– Тем не менее вы все под подозрением, – сказала Мария Ласселс. – Надеюсь, ее милость не думает, что я тоже участвую в ваших играх.
– Это невозможно.
– Тебе будет трудно найти партнера, Мария. Девушки лежали в кроватях и безудержно хохотали.
– Бедная Мария! Но мне кажется, ты нравишься Мэноксу. Даже очень!
Это высказывание показалось всем очень забавным, и девушки захохотали снова. Только Катерина обиделась. Ей не хотелось причинять Марии боль. Она видела ее с Мэноксом еще до того, как порвала с ним, и считала, что у них дружеские отношения. Она хотела, чтобы Мэноксу кто-то нравился, чтобы у него была девушка. А Марии он определенно нравился. Они замечательная пара.
Мария посмотрела на девушку с ненавистью.
– Ладно, – сказала Дороти Барвик, – наши развлечения кончились. Хотя…
– Что хотя? – спросили сразу несколько девушек.
– Среди наших друзей есть очень богатые и влиятельные джентльмены. Возможно, они смогут заполучить ключ.
Ключ! Как интересно, приключения становятся еще более заманчивыми. Ведь сначала нужно будет украсть ключ.
Лежа в постели, девушки долго беседовали. А Мария Ласселс сгорала от злости и возмущения. Но особенно выводила ее из себя Катерина Ховард.
Маргарита Роупер пришла на свидание к своему отцу. Он стоял в камере, худой, с глубоко запавшими глазами, но улыбался ей своей смелой улыбкой, и она поняла, что он сейчас спокойней, чем раньше. Маргарита бросилась к нему на шею, кляня в душе тех, кто мог посадить его сюда. Но она не могла выразить свою ненависть в присутствии отца, зная, что он ее не одобрит. |