Статуя выполнена из золота, серебра и крашеного небесного камня с той же дотошной гиперреалистичностью, как статуя первого Карехи, которую я когда-то я отмывал.

Высотою изваяние было метров десять, и изображало старца в многослойном халате с широким поясом. На поясе — висели настоящие шкатулки, покачивающиеся на ветру. На голове старца высилась цилиндрическая шапка с иероглифами рода Ронгоа.

Похожие шапки, я видел, надевали многие Ронгоа, один раз даже носила Реоа, но ей она совершенно не шла, и постоянно соскальзывала с головы. Впрочем, этой девушки не шли никакие шапки: всё-таки красивые волосы, особенно, когда уложены косичками по бокам головы, хоть как-то украшали её лицо, всё ещё отчаянно похожее на голый череп.

Статую окружали высокие столбы с круглыми светильниками на расширяющейся верхней части. Такие же столбы расставлены по обочине площади, заливая её слегка мертвящим синеватым светом. Между столбами стояли сверкающие золотом иероглифы, каждый метра в три размером, которые складывались в надпись:

СИЯ ПЛОЩАДЬ ЗАДУМАНА И ПОСТРОЕНА МАСТЕРАМИ ИЗ СОСЛОВИЯ ПОДДЕРЖИВАЮЩИХ ТВЕРДЬ ДЛЯ СЛАВНОГО РОДА РОНГОА.

И НОСИТ НАЗВАНИЕ «ПЛОЩАДЬ ЦЕЛИТЕЛЕЙ».

Название было несколько необычным, ведь чаще всего такие площади нарекались в честь рода. Но Ронгоа решили выпендриться скромностью и назвали площадь так, будто кроме Ронга никаких других целителей на Дивии не было. Мол, иероглиф «целители» и «Ронгоа» — это одно и то же, просто разные начертания.

Подобные площади в центре родового поселения имелись у многих родов и являлись общественным местом, то есть открытыми для посещения. Изредка рода накладывали на посетителей ограничение, не пуская или людей из враждебного рода или семьи, или вообще всех, кто Моральным Правом не вышел. За соблюдением ограничений следили небесные стражники.

На площадь выходили фасады родовых дворцов семей Ронгоа. Все без ограды, с открытыми входными арками. Кое-где вместо фасадов чернели тёмные пустыри, а кое-где недостроенные дома.

В одной части Площади Целителей высилась стандартная башня, указывающая на место для приземления акрабов. Сейчас там покачивалось два небольших блестящих золотом акраба, их длинные кили упирались в каменные плиты площади, словно ноги балерин. Казалось, что дуновение ветра повалит акрабы набок.

Из открытых овальных ворот экипажей торчали сходни, но не просто деревянные, а оббитые плотной, блестевшей в свете синих фонарей тканью. На самих акрабах тоже сверкали мощные фонари, отбрасывая разноцветные тени.

В небе висел третий акраб и целился килем, выбирая место для посадки. Выше него — ещё несколько акрабов дожидались своей очереди на приземление.

Группа богато одетых целителей, в основном из рода Ронгоа, но с примесью других родов, расположилась на коврах у статуи Первого Ронгоа. Расставив вокруг себя коробочки с едой и питьём, слушали речь какого-то очень пожилого мужчины, носившего такую же шапку, что статуя Первого Ронгоа.

Именно на этой площади Реоа назначила мне встречу. И я слега недоумевал — почему? Раз мы собирались незаметно проникнуть в дом Ронгоа, то не будет ли глупостью торчать на площади, где явно происходило какое-то семейно-сословное сборище целителей?

✦ ✦ ✦

Реоа подкралась ко мне неслышно. Как она это частенько делала, провела ладонью по моему горлу и пропищала:

— А если бы у меня был кинжал?

Одобрительно оглядела мой «скрытный» костюм — длинную тёмную тунику и обмотки чёрной ткани на руках и ногах. Сама же она носила свой любимый кожаный набор разведчицы. Её тощие ноги тоже плотно обмотаны чёрной тканью.