— Что это значит?

— Я могу посчитать двенадцать в двенадцатой степени, — обречённо повторил я.

— Я не знаю, что такое «степень», Самиран. Это что-то из числовой науки? Я не сильна в ней.

— Самое страшное, Реоа, что я тоже не знаю, как считаются степени. Но могу посчитать. Даже в тринадцатой могу.

— Почему ты ещё не развеял озарение? — повторила Реоа. — Оно разрушает твой жалкий ум. Я могу погрузить тебя в «Облако Тьмы». Голоса «Ясности Мышления» заглохнут наполовину.

Я схватился за тощее плечико девушки:

— Нет, нет! Мне надо… Я должен донести свои знания.

Реоа сбросила мою руку с плеча:

— Я долго терпела твои выходки и давала вопросы на все твои ответы. Настало время отвечать и тебе. Я догадываюсь, зачем тебе знания Каро Ронгоа о демонических одержимостях.

— Раз догадываешься, то какой ещё ответ тебе нужен? О, Создатели… теперь я могу в четырнадцатой степени…

— Я требую, чтобы ты признался сам. После того, как ты использовал мою дружбу и… любовь… это меньшее, что ты должен сделать.

— Ты сейчас всё узнаешь. Главное, не трогай меня, дай дотащить знания до…

После этого меня обступила непроницаемая стена чисел, я даже перестал понимать, в какую степень размножившиеся до бесконечности Голоса возвели несчастное число двенадцать на этот раз.

…

— …как вы только согласились на это? — сказала Реоа кому-то. — Самиран теперь может навсегда остаться не в себе. Вы же мать…

— Помолчи, уважаемая госпожа, — ответила ей мама Самирана. — Сейчас мы вернём его в сознание.

Я открыл глаза.

Я сидел на полу в одной из комнат своего дома в Восьмом Кольце. Напротив меня стояло четыре скрижали на простых деревянных подставках.

— Уцелела ли твоя «Ясность Мышления»? — спросила мама Самирана и сопроводила вопрос ударом ладонью по моей щеке.

— Бить-то зачем? — спросил я. — Лучше дайте воды.

На меня обрушился поток ледяной воды. Это постарался старец Танэ Пахау, нависший надо мной с ведром:

— Так ты скорее в себя придёшь.

Я проверил озарение.

— Не развеялось.

— Тогда иди к скрижалям, — потребовала мама Самирана и дёрнула меня за руку.

Внутренние Голоса, отключившиеся вместе с моим сознанием, тоже начали пробуждаться. Я с ужасом чуял, как они множились и множились, начиная очередную какофонию. Назвать всё это «Ясностью Мышления» мог только кто-то с тяжёлым и очень чёрным чувством юмора.

Я подскочил к скрижали:

— Что дальше?

Мама Самирана вложила в мою ладонь кристалл. Во Внутреннем Взоре высветилось, что это яркий «Перенос Образа» на одно использование.

Несмотря на моё слабое состояние, все Линии в порядке. Я пустил кристалл по Линиям — шестьдесят четыре паутинки Духа и тридцать две паутинки Тела.

Кристалл рассыпался и исчез.

— Теперь вызови «Отталкивание Вещества», — приказала мама Самирана. — И переноси в камень этих пустых скрижалей весь тот опыт, который ты взял из скрижали рода Ронгоа.

— Не взял, а украл, — поправила Реоа Ронгоа.

— Но я никогда так не делал, вдруг…

— Ты теряешь время! — крикнула мама Самирана. — Тут не надо ничего уметь. Просто переноси образы на скрижали в том же порядке, в котором ты их читал.

Я послушно провёл по каменной поверхности. Под моими ладонями выросли иероглифы и рисунки, увиденные ранее. Даже те иероглифы, значение которых я не знал, скопировались без задержек.