На этот раз я относился к ним так же иронично, как остальные воины. Ведь по странному стечению обстоятельств почти все «славные» деятели или принадлежали сословиям Сохраняющих Опыт, Помогающих Создателям или, на крайний случай, Созидающих Вещи. Воины если и упоминались, то только небесные стражники, которые славно обеспечивали покой и порядок на улицах летающего города.

Деяния небесных воинов не замалчивались, ибо замолчать сословие Защищающих Путь невозможно, но подавались с отчётливым принижением заслуг.

Например, вот как описал Гиан Атти последний масштабный конфликт Дивии и Портового Царства:

Дивия прибыла к своей стоянке близ Портового Города. Старшие сословия Защищающих Путь пренебрегли мнением мудрецов из мирных сословий и отправили к портовому царю делегатов с требованием, что отныне Портовое Царство должно платить дани в два раз больше обычного.

— Как вы думаете, зачем и без того богатым воинам захотелось повысить дань? — спросил Гиан Атти.

— Потому что мы — высшие, и нам так захотелось? — насмешливо ответила Софейя Патунга.

— Нет. Просто Кохуру затеяли родовую войну против Поау, которые в те поколения главенствовали в сословии Защищающих Путь, а Кохуру были лишь третьими. Обоим родам и их союзникам требовались металлы, камень и другие вещи для постройки крепостей и для изготовления новых орудий и доспехов. И они не придумали ничего умнее, как увеличить дань со всех низких царств, хотя старшие других сословий всячески пытались отговорить их от этого непродуманного шага.

— И что такого? — прервал учителя Хаки Энгатти. — Низкие должны платить нам не столько, сколько они могут, а столько, сколько нам надо.

Гиан Атти иронично искривил одну бровь:

— Именно так и думали твои славные предки. Ты, юноша, похож на них в этом. Они были уверены, что портовый царь испугается и согласится, как это сделали другие цари низа.

Гиан Атти поднял с пола квадратный кувшин с водой и промочил горло:

— После раздумий портовый царь отказался от завышенных требований сословия Защищающих Путь. Он вообще отказался платить любую дань. Он сказал посланникам Кохуру и Поау такие слова: «Заплатить столько, сколько вы требуете, мы не можем, а если бы и могли, то не стали бы, ибо вы нарушили слово, данное нам Советом Правителей Дивии. Впредь мы не верим никаким словам любых дивианцев. Мы будем воевать и сокрушим вас».

— Слишком уверенные речи для царя грязеедов, — заметил Хаки. — Не мог он так сказать.

Гиан Атти кивнул:

— Верно. Сии слова в уста мятежного царя вложили его советники из падших и грязных колдунов. Они же подговорили убить послов сословия Защищающих Путь.

В зале поднялся ропот. Гневные возгласы прервали рассказ учителя:

— Какая подлость! — заявил кто-то из отряда Поау.

— Почему мы ещё не уничтожили Портовый Город за такое гнусное злодеяние? — спросила Лотта Шерум.

— Убийство даже одного высшего должно караться смертью всех низких на расстоянии двенадцати дней полёта Дивии, — вторил ей кто-то. — Так было сказано в одной старой скрижали.

— Не верю, что воины рода Кохуру дали себя убить, — сказала Маджа.

— И я не верю! — вскричал старший отряда Поау. — Мои предки тоже не дали бы себя убить.

— Обвиняя меня во лжи, вы подтверждаете свою неосведомлённость, молодые люди, — холодно ответил Гиан Атти. — Если бы вы посещали Дом Опыта чаще, чем лавки торговцев оружием, то знали бы, что сие убийство послов занесено в скрижали прошлого. Если ваши старшие не рассказывали об этой позорной гибели своих воинов, то это не значит, что её не было.

— Вы всё врёте, уважаемый учитель, — заявил Хаки.

С ним согласился старший отряда Поау:

— Не могли послы небесных воинов отправиться к портовому царю без оружия.