Перестаравшись, я взлетел намного выше крыши. Увидел, что возле учительской статуи сидел Ваен Миас, на его коленях разместилась какая-то девка.

Десяток учеников и учениц с раскрытыми крыльями кружили слаженный хоровод под музыку, льющуюся из «Игры Света». В центре хоровода изгибался в сольном танце Эйох Дивиата. В одной руке держал дымящуюся коробочку, в другой — кувшинчик вина. Немало треснутых кувшинов валялось под танцорами.

Этот танец Эйоха был удивителен, как никогда ранее. Парень извивался, сгибался, ставил крылья под невероятным углом, придавая своему короткому полёту совершенно невозможные траектории, путанные, как полёт бабочки. При этом успевал приложиться к кувшину, не пролив ни капли. Иногда вместо вина прикладывался к коробочке с дурманом.

Один из танцоров заметил меня и испуганно показал пальцем:

— Стражник!

Эйох Дивиата не прекратил танца, а извернулся, чтобы поглядеть вверх.

— Это же наш боевой танцор!

Я не успел ничего ответить, как Эйох отбросил кувшин и вспорхнул ко мне. Без разрешения ухватил меня потной рукой за ногу и утащил в центр хоровода.

— Давай, танцуй, боец! — пьяно закричал он. — Покажи, чему научился за это время.

Давненько я не испытывал такой неловкости. Совсем как на семейном празднике, когда пьяные дяди и тёти выталкивают в центр комнаты детей и заставляют вместе с ними плясать под Пугачёву, Шнура или главный кошмар моего детства — Верку Сердючку.

Крылатые юноши и девушки кружили, мельтешили разнообразными крыльями, улыбались и плавно водили руками. Головокружительное танго состояло из незнакомых лиц и голых ног со сползшими с них шнуровками. Пьяные глаза сменялись перекошенными ртами. Шлёпали пропитанные потом туники, звенели украшения и дребезжали кувшины и дымящиеся коробочки.

Подхваченный непреодолимым ветром, я беспомощно летал по кругу, старался выплясывать красивый и одновременно грозный танец. Чёрт знает, что на меня нашло! Быть может, Эйох незаметно окурил меня дымом из коробочки?

Спохватившись, я выключил крылья и рухнул на крышу.

— Куда же ты, боевой танцор? — пропел Эйох.

— Устал.

— Слабак ты, воин. А мы можем всю ночь плясать. И будем плясать. Да, ребята?

Крылатые танцоры ответили бурным ликованием.

— Если будете так орать, — ответил я, — то настоящие стражники прилетят и разгонят вас.

Пошатываясь, я направился к Ваену Миасу.

Сквозь обступившие его призрачные фигуры танцовщиц я не мог разглядеть — настоящая девушка сидела на его коленях или виртуальная.

Но с каждым шагом убеждался, что не просто настоящая, а сама Нау.

✦ ✦ ✦

Хотя я искал встречи с Нау, но не думал, что застану в таком виде: на коленях у Ваена, который гладил её округлые бёдра и что-то шептал на ухо.

Без приветствий и уважения я сказал:

— Завтра вылетаем.

— Куда? — не понял сначала Ваен.

Сидевшая на его коленях Нау сначала смутилась при моём появлении, но потом вспомнила, что «она сама по себе Нау», вызывающе обвила рукой тощую шею парня.

— Кто вылетает? — спросил Ваен. — А ты кто?

— Совсем уже мозги пропил? — сказал я. — Забыл о нашем уговоре?

Внутренний Голос наконец напомнил Ваену кто я.

— А, Самиран из рода Саран! Решился всё же помочь мне в совершении подвигов во славу Дивии?

— Нужны деньги вперёд.

Ваен шлёпнул Нау по бедру, сгоняя с колен:

— Э, ты чё без уважения говоришь? Ты не веришь благородному слову рода Миас?

Я прикусил губу, чтобы не ударить Ваена:

— Мне нужны золотые грани для подготовки акраба.

Непослушными пальцами Ваен снял с пояса три шкатулки и поочерёдно бросил в меня:

— Там должна быть сотня жирного золота.