Произнеся эти слова, он почувствовал, что с ним произошла огромная перемена. Он только что переступил черту и попал на территорию, откуда уже не было пути назад. Он никогда не собирался заходить так далеко, но уже был там. Еще вначале, рассказывая членам Сопротивления из группы Питера о том, что алаагов можно убедить покинуть нашу планету, если сделать надлежащее заявление, Шейн полностью принимал собственные слова за сказку.

– Понимаю,- сказал Вонг.-Вы…

– Не я,- опустошенно произнес Шейн.- Пилигрим скажет им. Я не знаю, как, а Пилигрим знает. Он знал это с самого начала.

Два сидящих на диване человека пристально смотрели на него, и у него за спиной, без сомнения, так же смотрели Питер и Мария.

– Понимаю,- неуверенно сказала Мария.

– А я не понимаю,- откликнулся Шеперд.- Что вы хотите сказать, говоря о Пилигриме, как будто он кто-то другой, а не вы?

– Так и есть,- мрачно произнес Шейн.- Жаль, если для вас это не имеет смысла, но это правда. Я - просто средство выражения для Пилигрима или, скорее, одно из этих средств, а все остальные - тоже, только иным образом. Разве вы не чувствуете себя проводниками идей Пилигрима? Говорю вам - поднимите людей против алаагских штабов, как я говорил, а Пилигрим сделает остальное. Он скажет алаагам, что это значит.

– И что это будет означать? - спросил Питер.

– То, что мы больше не будем для них скотом,- ответил Шейн.

– А что,- тихо спросил Шеперд,- если их ответом будет уничтожение всякого человеческого существа и выжигание всей Земли огнем, раз они не смогут нас использовать?

– Они могут сделать это,- сказал Шейн.- Но у Пилигрима есть надежда, что не сделают.

– Но нет никакой определенности,- заметил Питер.

– Верно,- согласился Шейн.- Нет определенности. Никакой.

Он вдруг рассердился на них.

– Не надо было этого вам говорить! - сказал он.- У нас нет выбора. Мы должны делать то, что необходимо.

Он заставил себя успокоиться. Не их вина, если они не понимают.

– Надо во всем положиться на веру,- сказал он.- Насколько я знаю алаагов, если у них не останется надежды удержать нас, они не станут уничтожать нас из злости. Они бы посчитали такое слишком мелким и ниже своего достоинства. Но они должны быть абсолютно уверены в том, что мы совсем для них бесполезны, и это уже моя работа.

Он набрал в легкие побольше воздуха.

– Вы так и не сказали мне, сколько времени понадобится для того, чтобы собрать людей вокруг алаагских штабов,- заметил он.

Шеперд и Вонг переглянулись.

– Месяц? - отважился Шеперд.- Только чтобы послать сообщение. А потом…

– Слишком долго. Должно быть не больше двух недель, начиная с сегодняшнего дня. Не больше,- заявил Шейн.- Пришло время. Пилигрим это знает. Не говорите мне, что сообщение нельзя послать за несколько дней,- я наблюдал, как слухи разносились быстрее меня, когда я летал вокруг света с помощью алаагов. И не говорите мне, что любое здоровое человеческое существо не в состоянии за вечер сделать для себя приемлемый плащ и посох.

– Вы совершенно забываете о таких вещах, как еда и укрытие,- сказал Питер.- Тысячи, которые придут в город пешком, что они будут есть? Где они остановятся?

– Те, которые придут, должны понимать, что, скорее всего, обречены на смерть. Еда и укрытие не относятся к делу. Если они спасутся, то только чудом.

– Господи! - произнес Шеперд потрясение- И вы думаете, они придут на таких условиях? Может быть, некоторые, вроде нас, могут, но…

– Они тоже часть Пилигрима,- вымолвил Шейн,- они все.