Изменить размер шрифта - +

– Иди с Питером,- сказал он ей немного погодя.- Оставайся с ним. Тогда я смогу тебя найти.

– …Когда ты вернешься,- сказала она.

– …Когда я вернусь,- повторил он.

Слова улетели прочь, затерявшись среди заставленных книгами полок.

– Куда пойдешь ты, туда и я,- вымолвила она. Он печально улыбнулся.

– Я должен был это сказать.

– Нет,- возразила она,- это женщина - Руфь говорит в Библии.

– Но я буду повсюду искать тебя. Она не отрываясь смотрела на него.

– Куда пойдешь ты,- повторила она,- туда и я. О-о, Шейн!

Она неистово прижала его к себе, и они просто стояли так довольно долго, целиком поглощенные друг другом, ничего не говоря, потому что не могли сказать ничего такого, что изменило бы положение вещей. Наконец он оторвал ее от себя, с усилием разомкнув обнимавшие его руки.

– Мне надо идти,- сказал он.

– Да.- Она уронила руки. Ни она, ни Шейн не воспользовались телефоном, а просто вышли из кабинета и вернулись в комнату, куда перед тем привел их Питер.

– Все готовы,- сказал он.- Мы отведем тебя прямо к первой линии охраны, Шейн, а потом дело за тобой. Вы оба найдете плащи на стульях позади вас, вон там. Лучше вам надеть их прямо сейчас - у нас есть один на молнии, который можно быстро снять, когда ты подойдешь к линии охраны. То есть если захочешь или сочтешь нужным.

– Захочу,- сказал Шейн.

Они с Марией повернулись и надели плащи. Накидка Шейна сверху донизу застегивалась на липучки, а не на молнию, о которой говорил Питер. Шейн был доволен. Скинуть ее даже легче, чем при наличии механической застежки, которая может сломаться в критический момент-так же просто, как выбраться из купального халата.

Их плащи были серыми, и такой же надел Питер. Дойдя до вестибюля у выхода на улицу, они увидели шестерых ожидающих их мужчин в плащах того же оттенка.

Вдохнув уличный воздух, когда все они вышли через стеклянные двери здания и ступили на тротуар, Шейн почувствовал, как обдало холодом легкие. Уличного транспорта почти не было, но зато тротуары и даже проезжая часть оказались запружены толпой людей, одетых странниками, с посохами, направляющихся в сторону площади. Шейн ощущал и здесь возбуждение людей, как и в лондонском аэропорту, но к нему добавлялась та решимость или злость, которая присутствовала в настроении Питера. Шейн опять почувствовал присутствие Пилигрима.

Они уселись в специальный микроавтобус с ковровым покрытием и мягкими сиденьями. Автобус отъехал от края тротуара, лавируя среди пешеходов и двигаясь в направлении штаба, пока плотность толпы не сделала дальнейшее движение невозможным.

– Ладно,- сказал один из шестерых мужчин, сидевший впереди рядом с водителем.- Выйдем здесь.

Они присоединились к толпе. Плащ Шейна не был снабжен алаагскими терморегуляторами, и он стал замерзать. Темное небо набухло низкими тучами, грозившими снегом; им в лицо дул ледяной ветер. Шейну пришло в голову, что Марии тоже, должно быть, холодно, и он обнял ее одной рукой, идя с ней рядом.

К этому времени они уже пришли на площадь, заполненную фигурами пилигримов. Толпа становилась все гуще, и эскорту пришлось прокладывать им дорогу.

– С нами один из лидеров, который будет говорить со старшим офицером охраны,- говорили они.- Пропустите его, пожалуйста, дайте ему пройти…

Под давлением напирающих на них тел Мария была прижата еще ближе к Шейну, и ей стало казаться, что они - одно целое, движимое единой волей и разумом. Они подошли совсем близко к линии охранников в черной униформе и к сплошной стене с серебристым покрытием, ибо защитный экран был опущен даже над входом. Охранники стояли тремя шеренгами, простирающимися на всю длину здания. Каждый держал в руках автомат последней модели, разработанной человеческой технологией до прихода алаагов.

Быстрый переход