— Слушаюсь, сёсакан-сама. — Солдат поклонился.

— Я проинформирую губернатора Нагаи о случившемся, — сказал Сано. Вскочив на коня, он поскакал в город. От усталости его руки и ноги налились тяжестью; разболелась старая рана на руке. Голова трещала при мысли о том, что ему предстояло сделать в ближайшие два дня: заставить шефа Охиру и стражников с Дэсимы выложить правду; отработать христианский аспект убийства; проверить факты из бесед с Пеон, Урабэ, Киёси и настоятелем Лю Юнем, для чего ему нужны свидетели, способные подтвердить или опровергнуть их показания. Так много, да еще когда над ним нависает угроза войны. Кроме того, Сано необходимо призвать к порядку Хирату, чья помощь ему очень нужна, но он не может принять ее.

Огненный диск солнца скрылся за горизонтом, иссиня-красное небо стало черным. Когда Сано ехал мимо домов-развалюх и темных переулков, от ощущения опасности у него покалывало кожу. За три часа до полуночи нагасакские рыбаки, встающие ни свет ни заря, уже давным-давно отошли ко сну. Огоньки виднелись только над разделявшими кварталы воротами. Из прохожих Сано попадались лишь зловещего вида простолюдины и самураи. Опасаясь бандитов и хулиганов, Сано держался за рукоять меча, который был готов мгновенно выхватить из ножен. Он все время был начеку и понуждал коня бежать быстрее.

Дорога поднималась в гору. Добравшись до верхней точки холма, Сано обернулся, чтобы посмотреть, далеко ли заехал. В небе над заливом плыл кривобокий месяц цвета слоновой кости, его искрящийся на черной воде отблеск позволял определять силуэты стоявших на якоре судов. Берег окутывала темнота, прорезаемая лишь слабыми огоньками у поста портового патруля и дэсимской караулки. Когда Сано осматривал этот пейзаж, у него внезапно забилось сердце.

Вдали на воде, со стороны восточных скал, пять раз быстро мигнул зеленый огонь. Затем его сменил мигающий красный огонь, после чего последовали вспышки ослепительно белого цвета. Пока Сано наблюдал за огнями, они, мигая в той же последовательности, двигались в сторону Дэсимы.

Сано развернул коня и помчался вниз. Его встреча с губернатором Нагаи подождет. Вот он шанс узнать о таинственных огнях Нагасаки, выяснить, какое отношение они имеют к убийству Яна Спаена.

Петляющая дорога вывела его на окольную тропу к заливу. Сано посмотрел на воду и увидел огни, горящие уже на полпути к Дэсиме. Он проехал в никем не охраняемые ворота: стражники, видимо, в страхе разбежались. Прохожие исчезли. Ночь казалась неестественно тихой, она словно затаила дыхание до тех пор, пока опасность не минует. Сано добрался до берега и увидел, что он совершенно безлюден. Неужели и портовая полиция прячется от призраков? Сано всем телом ощущал скользкий ужас. Привычный к безуспешным погоням сёгуна за призраками, он имел основательный повод сомневаться в том, что они вообще существуют, но сейчас верх взяла врожденная суеверность. Чтобы избавиться от страха, Сано стал искать рациональное объяснение тому, что видел.

Если огни искусственного происхождения и предназначены для того, чтобы отпугнуть людей от залива, то роль свою они, несомненно, выполнили. Даже если огни — естественное явление, как полагает настоятель Лю Юнь, под их прикрытием может совершиться любое преступление, включая убийство.

Сано поехал по набережной в сторону патрульного поста, погруженного в тишину и мрак.

— Эй! Есть здесь кто-нибудь? — позвал он.

Нет ответа. Сано отказался от мысли поднять власти и с их помощью установить, что это за огни. Щелкнув поводьями, он поскакал вниз по набережной. В нескольких сотнях шагов впереди, у караулки Дэсимы, стояли двое часовых. Они смотрели в сторону суши и, казалось, ничего не знали об огнях. Сано взглянул на залив справа от себя через расчищенное на случай пожара пространство. Огни сверкали ярче, приближаясь к водяным воротам Дэсимы.