Я, кстати, тоже. Неужели Мириот решил избавить меня от него и запретил ему сражаться, потому-то Риквил и искал меня сегодня с утра, когда его первый брат ещё не встал? Но чего ради было ставить такие условия? Впрочем, один взгляд на Волка сказал мне, что эта догадка ложная.

— Сбавь тон, сестра. Ты бы так рявкала на Риквила, когда ему в очередной раз моча в голову бьёт. Куда я мог отослать его в этом городе? На охоту, собирать цветы с изгородей?

— Не знаю, но он сказал, что уйдёт ненадолго по твоему поручению, а прошло уже полдня.

Мириот нахмурился, сам крикнул через весь двор, привлекая внимание подчинённого:

— Рокко, Риквил выходил?

— Да, старший.

— И что сказал тебе?

Подбежавший ближе ватажник сообщил:

— Что вы отослали его по делу в конец квартала, — помедлив, нехотя дополнил. — Он взял с собой мешок.

По тому как это было сказано, я понял, что речь идёт явно не о простой вещи, а об артефакте Путника. Тем более понял это и Мириот:

— Какой именно?

— Я не знаю...

— Рокко! Я спросил какой именно мешок он взял, ты не мог не обратить внимания на это. Я ведь и сам могу это проверить.

— С едой... и артефактами.

Волк оглядел замерших на площадке, всё отлично слышавших ватажников, голос его звучал ровно, но не хотел бы я, чтобы ко мне обращались таким тоном:

— Вам что, спокойная жизнь все мозги сожрала? Куда и зачем бы я его отправил здесь? Тем более одного?

Ни один из ватажников не ответил, но Рокко, который похоже и отвечал за то, чтобы приглядывать за входом в Зал, спрятал взгляд. Я с подозрением оглядел его. И впрямь переживает, что подвёл главу или знал, куда отправился его собрат? И куда он мог пойти в Миражном?

Таори тихо, так что её услышал только Мириот, да я, шепнула:

— Первый брат... он выпил. Начал утром, а потом допил кувшин.

Шёпот Волка же оказался больше похож на шипение:

— Гхаркова отрыжка. Я же запретил брать в поход вино.

— Брат...

Значит мне не показалось, что от Риквила несло вином утром. Дарсов алкаш. Я сообщил то, что похоже остальные ватажники не решались сказать:

— На самом деле его желание исполнилось — мы сразились утром... Он проиграл.

Мириот перевёл взгляд с Таори на меня, но я не опустил глаз, Волк отвернулся сам и махнул рукой:

— Таори, Вартус, Калт. Выходим его искать.

— И я, — напомнил о себе Волку, едва он сделал первый шаг.

Таори зло сверкнула глазами, не хуже, чем Риквил, но Мириот, не оборачиваясь, кивнул:

— Идём.

Я шагнул, неплохо представляя себе, куда отправился Риквил после всего того, что я наговорил ему утром. А вот понимают ли это другие?

Глава 17

Оказалось, понимают это даже лучше меня. Я-то думал, Риквил решил оставить ватагу, воспользоваться тем, что шэны могут находиться в городе столько, сколько захотят и отправился к Павильону или даже к Небесному Залу. Просто хотелось поглядеть на лицо Мириота, который не найдет свою левую руку за воротами и на его лицо, когда он поймет, что его, главу ватаги, бросили. Но нет, сразу за воротами Зала Стражи Волк вполголоса спросил у Таори:

— Как думаешь, куда он двинулся: за формациями или...

Женщина тут же перебила своего первого брата:

— Конечно, за ними, придурка кусок, тут идти-то четыре поместья. Вспомнил небось, как его Ривий нахваливал когда-то.

Мириот кивнул и мы свернули налево, туда, откуда чуть больше недели назад пришёл и я с семьей. Туда, где находилась граница неизменяемого квартала, а к чёрной ограде Зала примыкали несколько поместий. Я не помнил, что там за четвёртое по счету, но надеялся, оно одно из тех, что попроще.