— Откуда в городе столько тварей и что они здесь жрали?

Мириота же волновало другое:

— Решай, будешь ли ты отдавать долг, я хочу уйти отсюда зная, что ты не бросишь нас. Времени всё меньше.

Это и впрямь так. Мало того, что и следующая пелена принесла ещё Зверей, доведя их число, наверное, до двух сотен, так первые из них ступили на площадь, намекая — нам пора уходить вслед за Риквилом. Мириот снова заговорил:

— Говорят, что Небо всё видит.

Голос его звучал тихо и задумчиво, словно он невзначай произнёс вслух мысль, что его мучила. Да и глядел он только на приближающихся к нам Зверей, но не было и капли сомнений в том, ради кого произнесены эти слова. Мама же не сдерживалась:

— Леград!

Беда только в том, что я и впрямь верил в это. И отчётливо помнил, как, насмехаясь над собой и своей хитростью, кричала старшая Виликор о Небе в Школе. До этого дня я всегда старался раздавать долги. И за зло, и за добро. И всегда мне сопутствовала удача, особенно если смотреть со стороны и не знать о том, сколько усилий я приложил, чтобы заслужить эту самую удачу. Нарушить сегодня это правило? Почему? Потому что мне не нравится происходящее? Глупо. Тем более, пусть Вартус и молчит, как и другие ватажники, видевшие схватку, но на самом деле это мой язык разрушил все наши планы.

— Даже выйди ты из города только с семьёй, то думаешь ваши одежды, Зверь, никого не заинтересуют? Думаешь, вас четверых, да твоих техник теперь хватит, чтобы самому пройти леса? Ослепило силой? Думаешь, я не...

Как глупо сейчас поступил и сам Мириот. Лучше бы помолчал в ожидании моего ответа, а не продолжал уговаривать. Ведь он сам когда-то обещал мне, что в любом случае доведет родных до земель Шепчущего. Я оборвал Волка:

— Довольно. Я останусь с тобой, но теперь всё будет по-другому.

Ватажник процедил:

— Удиви меня.

— Всё равно без тех двоих не выйдет действовать так, как ты хотел, и часть отряда становится бесполезной.

— Бесполезные шестые звезды? Да ты зазнался, Леград.

Но это на самом деле так и есть. Против меня такой уровень Возвышения и впрямь бесполезен, если на врагах не окажется тех амулетов, что сопротивлялись моим Указам, а я сомневаюсь, что даже у Ордена их найдутся десятки штук.

— Поэтому, едва мы выйдем из Миражного через твой тайный путь, ты сразу отделяешь десять человек, где старший Вартус, чтобы они занимались только охраной моей семьи. Пусть просто идут за нами в отдалении, не вступая в схватку. И тогда я стану рядом с собой плечом к плечу.

— Ради чего мы меняем план? Ты в своём уме? Мало того, что нас стало меньше, решил, будто самое время ослабить ещё сильнее? Зазнался? Ты никогда просто не видел, на что способен сработавшийся отряд. Одна только сотня Игл...

Мириот замолчал. Ведь как раз меня даже две сотни Игл не впечатлят. От всех я не увернусь, но пережить их переживу. Я был способен уцелеть под сотней даже в Школе, а тем более могу сделать это сейчас. Но мне надоели бесконечные споры, тем более что вижу, как прищурилась мама, а значит ещё и с ней предстоит разговор, поэтому сказал часть правды:

— Ты не забыл про мои трофеи с сектанта? Десять, даже двадцать слабых Воинов, которые там найдутся, можешь не учитывать.