С боков тихо посапывали мои обнажённые фракционы, примостив свои головки у меня на плечах и доверчиво вцепившись в меня руками. Одеяло нескромно сползло в ноги, полностью открывая глазу все прелести моих фракционов. Весьма пикантные прелести, надо признать, а балконная дверь-то открыта… Впрочем, это неважно. Соваться без приглашения ко мне в комнату – в Лас Ночес дураков нет. Ну, разве что Гин, но там особый случай. Этот если и припрётся, то всё равно отбрехается.

Потратив несколько минут на разглядывание девушек, стойко прикидывая, как бы половчее вывернуться из захвата и никого при этом не разбудить, я отчётливо понял, что стойкость моя имеет пределы, а Каракура может и подождать… Не успел я ещё смириться с этим выводом, а руки уже начали тихонько ласкать девушек. Мысленно тяжело и обречённо вздохнув, я улыбнулся и, наклонив голову, поцеловал в макушку Сёри, одновременно чуть привлекая её к себе и усиливая интенсивность ласок. Девушка почти сразу проснулась, в первый миг её реацу отдавала удивлением и растерянностью, но уже через пару секунд пришло понимание, и меня накрыло волной смущения, едва заметного страха и желания, дальше я уже особо не вслушивался…

Через три часа я сидел на кухне и пил кофе. В душ я уже сходил, и сейчас там плескались девушки. Совместно его я принимать не захотел, иначе бы всё опять повторилась. Увы, но в организме арранкара имелись и свои минусы, так, например, силы в нём восстанавливались очень быстро, и применительно к данной ситуации это действительно было минусом. Хотя потом… Впрочем, неважно. Кстати, забавно, что когда я приносил траву из мира живых, я напрочь забыл о том, что у меня в особняке есть водопровод, и у Тии я его, кстати, тоже видел. Вот интересно, откуда они берут воду? Тия в ресуррексионе периодически наполняет некий подземный резервуар? Или Айзен сварганил агрегат, перерабатывающий в воду песок пустыни? Оба варианта мне что-то особого доверия не внушают, хотя и реальны. Ладно…

Я поставил пустую кружку на столик и встал.

Пора уже возвращаться в Каракуру. Но перед этим надо наведаться к Соске и уточнить пару деталей. Есть у меня интересные мысли насчёт парочки баунто, стоит посоветоваться…

Айзена, как и Гина, в Лас Ночес не оказалось. Странно… Тоусен обнаружился под городом, в глубинных галереях, практически переходящих в Лес Меносов. На его поиски ушло почти полтора часа, и всё из-за коридоров, представлявших собой настоящие лабиринты. Хоть сам проходы пробивай. Айзен – чёртов параноик, он строил так, чтобы враги умерли от голода прежде, чем что-то здесь нашли!

Прийдя к этой очевидной истине и подавив очередной порыв снести стену своим Серо, я, наконец, вышел к Тоусену. Тот стоял на подвесном мосту, соединяющем скалу с проходом, откуда вышел я, с одним из гигантских деревьев Леса Меносов, и наблюдал за бессмысленно толпящимися внизу гиллианами. Однако любопытное местечко… Встав рядом с безглазым капитаном, я сам принялся созерцать эту картину. Странно, прежде чем выйти на мост, я этих гиллианов не чувствовал, только Тоусена. Опять изолированные помещения…

Хм, а это что? По качеству реацу – гиллиан. Вот только по объёму этой же реацу он почти как Вастер Лорд. Как такое возможно?

Ощущаемый мной аномальный гиллиан находился довольно далеко и за деревьями был совершенно не виден. По началу я даже принял его за нескольких стоящих рядом меносов, но быстро понял свою ошибку. Н-да, сколько же у Лас Ночес ещё тайн?

– Чем я могу помочь, Алукард-сан? – нарушил молчание темнокожий капитан, я чуть поморщился.

– Я искал Айзена. Ты не знаешь, где он сейчас?

– Тут его нет, – сообщил очевидное капитан. Я посмотрел на него с некоторым подозрением и осторожно произнёс:

– Я это вижу…

– Если Айзен-сама отбыл из Лас Ночес, значит, у него есть какие-то дела, – мой взгляд стал ещё более подозрительным, а внутри возникла некоторая тревога.