– Понятно, – однако… Драться с самим Айзеном я совершенно не планировал, думал, что если и будет проверка, то против меня выпустят кого-то из Эспады. Неужто я его настолько заинтересовал?

– Гин, останься здесь.

– Как скажете, капитан Айзен, – забавно, ведь Гин, помнится, Айзена до самого последнего момента называл капитаном… Что это? Привычка? Или тонкая издёвка?

Мы молча прошли через залы и коридоры внешней стены и вышли в пустыню. Сторожившие вход двое арранкаров, по реацу соответствующие адьюкасу, уровня этак чуть выше среднего, чуть под стену не просочились – настолько струхнули от близости высокого начальства. Но мы не обратили на них внимания и отправились дальше в пустыню. Отойдя на расстояние, с которого громада айзеновской цитадели уже не была видна, мы, наконец, остановились.

– Начнём? – с лёгкой полуулыбкой спросил Айзен, не спеша доставая из ножен свой занпакто.

– Пожалуй, – я вернул ему улыбку и достал Мурамасу.

Он атаковал первым, я блокировал удар. Было очевидно, что он меня щадит, позволяя самому строить рисунок боя, также он пока не использовал силу Къёко Суйгецу, а благодаря силе Мурамасы я узнал кое-что интересное. Оказывается, Айзен тоже обладает вечным шикаем. Впрочем, я это и раньше подозревал. А следовательно, все эти песни про то, что, мол, Ичиго – единственный, кто не видел шикая Айзена, – полная чушь, достаточно было всего лишь единожды взглянуть на клинок, чтобы попасть под действие гипноза. И честно говоря, ожидать иного от носителя такого колоссального количества реацу было бы по меньшей мере странно. Хотя, есть, конечно, Ямамото, но с ним тоже не всё ясно. Во-первых, его шикай даже просто в активном виде опасен для окружающих, да и в ножны не уберёшь, а во-вторых, он-то свой занпакто постоянно в палочке держит, а когда достаёт – сразу высвобождает, и это показательно.

Постепенно скорость боя возрастала, уже через пару минут даже адьюкасы вряд ли бы различили что-то большее, чем сверкающий и звенящий вихрь. Айзен был мастером – ни одного лишнего движения, а те, что он совершал, отдавали ленцой и небрежностью. И вот он, наконец, использовал силу своего занпакто, я тут же ответил Серо, ударив по его иллюзии, при этом видя оригинал. Чёрно-красный луч прошёл сквозь тело поддельного Айзена и, врезавшись в скалу, поднял стометровый купол взрыва, испарив препятствие. В этот же момент клинок Айзена пропорол глубокую борозду у меня на спине. Сонидо на сотню метров – и в него летит ещё одно Серо, рана на спине уже заросла. Взрыв. За оседающей пылью видно слегка потрескавшийся зеленоватый щит, закрывший моего противника.

– Впечатляет, – улыбнулся Айзен. – Твоё Серо без сомнения сильнейшее в Эспаде.

– Приятно слышать, но твой щит оно всё равно не пробило. И кстати, что это была за иллюзия? – я кивнул в место, где «убил» копию Айзена.

– Это – сила моего занпакто. Контроль всех шести чувств. Абсолютный гипноз.

– Любопытно. И как с тобой драться после этого? – я скептически поднял правую бровь.

– А кто говорил, что будет легко? – улыбка Айзена стала шире. Я тоже улыбнулся. Сонидо на сотню метров над головой Айзена – и ещё одно Серо, на этот раз в два раза сильнее.

Купол взрыва поглотил меня вместе с ним, но только слегка опалил иерро, одежда же пострадала куда сильнее. Обжигающая красная реацу ещё не опала, а мне уже пришлось парировать удар Къёко Суйгецу, а со второй руки Айзен, в лучших традициях Бъякуи, запустил в меня Бъякураем, пробив навылет плечо, и это с моим-то иерро. Рана с шипением мгновенно закрылась, вызвав удивлённый взгляд Айзена, и бой закипел с новой силой. Теперь мы оба уже не ограничивались одними клинками. Айзен виртуозно использовал различные кидо, правда, особо мощных хадо, вроде Курохицуги, всё же не применял, но зато в бакудо не сдерживался, и я успел возненавидеть всевозможные связывающие техники.