|
Айзен виртуозно использовал различные кидо, правда, особо мощных хадо, вроде Курохицуги, всё же не применял, но зато в бакудо не сдерживался, и я успел возненавидеть всевозможные связывающие техники. Я их, конечно, рвал, но на это уходило от одной до пяти секунд, в зависимости от уровня бакудо, а за это время он успевал сделать какую-нибудь гадость, а когда, вдобавок, оценил возможности моей регенерации – вообще озверел, полностью перестав сдерживать удары. Я же, увы, был ограничен Серо и собственноручно изобретёнными щитами, которые далеко не всегда помогали, для использования клинков из реацу возможности не было вообще, спасало только сонидо, которое оказалось всё же быстрее, чем сюмпо синигами. Светить возможности Мурамасы я пока не хотел и, скрипя зубами, принимал очередные раны.
Айзен внезапно остановился. На его лице последние полчаса непрерывно играла улыбка, кажется, этот бой доставлял ему огромное удовольствие. С одеждой у него тоже уже было не всё в порядке, я всё-таки умудрился несколько раз пробить его щит своим Серо, но на моём фоне он выглядел безукоризненно.
– Алукард, используй свой ресуррексион, иначе ты не сможешь угнаться за мной.
– Как скажешь, – я уже давно сам об этом думал, но гордость не позволяла, да и Айзен повода не давал. Вытянув перед собой руку с чёрным клинком, я произнёс: – Шепчи, Мурамаса, – и толкнул в него всю доступную реацу пустого.
В следующий момент из моего тела вырвался океан реацу. В небо ударил огромный чёрный столб, лишь самую малость обрамлённый красным сиянием, те немногие скальные выступы, что сохранились поблизости, были сметены и размолоты в песок исходящим от меня ураганом духовных частиц, и моё зрение на мгновение померкло. Открыв глаза, я увидел, что стою в центре огромной плоской воронки, в двух десятках метров передо мной стоял Айзен с нечитаемым выражением лица, перед ним сиял зеленоватый щит. Тело переполняла сила, так хорошо я себя чувствовал разве что когда стал адьюкасом, и то ощущения можно сравнить с большой натяжкой. Опустив взгляд, я обнаружил, что одежда восстановилась и изменилась, теперь на мне была странного вида пластинчатая кираса, чёрные штаны, сапоги и кожаное пальто со стоячим воротником, меч же почти не претерпел изменений. Коснувшись левой рукой головы, я уже не удивился, найдя там небольшие, загнутые назад рога.
– Да, Алукад, ты не перестаёшь меня удивлять, – задумчиво произнёс Айзен. Подняв взгляд на него, я, вдобавок ко всему, понял, что отчётливо чувствую его настоящий уровень реацу, а ведь во время боя мог почувствовать лишь отголоски. Но даже несмотря на это, он всё равно был сильнее меня. – Продолжим? – на лице Айзена вновь появилась привычная полуулыбка.
– С удовольствием, – мой голос опять изменился, вернувшись к привычной хичиговской тональности.
СЕРО! Угольно-чёрный поток реацу, лишь немного обрамлённый красным сиянием, стремительно сорвался с моей левой руки и устремился к Айзену. Вот это полыхнуло! Улькиорра со своим Серо Оскурос нервно курит в сторонке… Сбоку из сюмпо вышел Айзен, его зелёный щит осыпался осколками, а вся верхняя часть одежды была сильно опалена.
– Хирьюгекизоку Шинтен Райхо, – вытянутый в мою сторону Къёко Суйгецу осветился голубым светом, и в меня ударил чудовищный поток из света и молний. Я успел только закрыться Мурамасой, весь верхний слой иерро с обжигающей болью испарился, и меня протащило по земле метров двести. Поток света и молний ещё не прекратился, а я уже почувствовал, как Айзен вышел из сюмпо метрах в двадцати над моей головой. – Райхоку, – жёлтая молния, лишь немного уступающая в силе предыдущему кидо, впечатала меня в запёкшийся песок, образовав при этом десятиметровый кратер. Регенерация уже во всю работала, но Айзен не собирался так быстро останавливаться. – Бакудо номер девяносто восемь: Асшуку, – вокруг меня возник прозрачный куб, который сразу начал стремительно сжиматься. |