Мысль о том, что до сотни по Разрушению я на шиполистовой дорожке не дотяну, крутилась в голове с утра. Да, потери среди зверья будут, и каждая гибель на шипах даст какой-то процент, но если сравнить с прежними достижениями, вряд ли и половина от нужного наберется. Другой способ дойти до сотни я знаю наверняка, и он связан с той штукой, которую пока рано доставать. Но всему свое время.

Вернулся на северный участок и встал у парапета рядом с Вельтом. Звери все так же целыми стадами оставались в лунках и падали в ямы, и на этот раз у ворот всё шло заметно лучше, чем в прошлую атаку.

Первый добежавший баран разогнался, прыгнул и свернулся шаром, чешуя засияла желтым, но покатился он не в ворота, а в ближнюю стенку рва, который мы выкопали перед самыми воротами. Ага, мы учимся быстро, выкопали глубоко и надежно, а землю сложили внутри периметра, к стене, чтобы забираться нашим было удобнее. Баран грохнулся о стенку рва, скатился на дно и лежал там, подергивая ногами, а следом за ним туда же улетел второй.

Остальные, кто все-таки добрался до ворот в обход рва, долбились в шиполистовую решетку и получали шипами по морде, после чего оставались лежать тут же. Ворота держат, руны работают, восстановители чинят микротрещины, и пока все идет по плану.

Несколько лосей с опушки отстрелялись по башням и стенам, зеленые молнии мелькнули раз, другой, кладка прыснула красной пылью, и кто-то выругался внизу, но в целом обстрел получился вялым и без прежнего напора. Баллисты тут же развернулись и сняли двоих, третий попятился обратно в лес и затих.

— Баллисту на восток! Срочно! — крикнул один из стражников, и тележка покатилась по рельсам, колеса застучали по стыкам. Теперь на севере осталось только два расчета, остальные курсируют по стене и отстреливают наиболее опасных тварей. Расчеты уже пристрелялись прилично, мажут, конечно, но хотя бы не каждый второй болт летит в молоко, и на том спасибо.

— Голем у третьей отметки! — донеслось с башни, и в этот момент каменный гигант нагнулся на ходу, загреб поврежденной лапой ком грунта и метнул в нашу сторону.

— В укрытия! — гаркнул Гундар, и солдаты попрятались за парапет, а спустя мгновение по нему загрохотали куски земли и камня, осыпая нас сверху грязью и мелким щебнем. Земляной снаряд рассыпался в воздухе и прилетел россыпью, а не целиком. Ага, решил не одним комком, а картечью закидать? Ну пробуй, пытайся, трещина на плече не зря светится, и каждый бросок обходится этой громадине дороже, чем нам.

Дальше он кидался всяким не останавливаясь. Черпал и швырял, а нам оставалось прятаться за парапетом и между бросками отстреливать зверей, чей поток так и не прекращался. Куски земли засыпали рельсы и забивали щели между бревнами, мужики ругались и откидывали грязь лопатами, хотя толку от бросков было не так много.

Камни крупнее кулака до стены в основном не долетали, рассыпались по дороге, а мелочь кирпичной кладке не страшна. Тогда как нескольких не самых расторопных защитников уже снесло со стены, но их судьба в пылу штурма остается пока неизвестной. Надеюсь, не насмерть зашибло, но сделать с этим все равно пока ничего не получится.

— Вот же сволочи… — Вельт выцелил какого-то ретивого бычка, который проскочил дальше остальных, и отпустил тетиву. Попал в ногу, бычок взревел, споткнулся и упал. — Сколько у них зверей-то этих?

— Настоящие монстры впереди, — пожал я плечами, отряхивая глину с волос после очередного броска голема. — Даже вран этот не показался до сих пор. Чувствую, что сами жилы полезут только после них.

— Враны на мне, в любом случае, — подмигнул Вельт и похлопал по отдельно отложенным в колчане пяти стрелам.