— К северным воротам понесли, там ближе всего, — решил я, и мы вчетвером подхватили конструкцию.

Нести оказалось не то чтобы тяжело, но неудобно, станина торчит в стороны, ложе длинное, и приходится переступать осторожно, чтобы ни обо что не зацепиться. Подмастерья пыхтели спереди, мы с Ольдом держали сзади, и так, покачиваясь, двинулись по улице.

Обернулся через минуту и обнаружил, что за нами выстроилась целая вереница зевак. В основном женщины, конечно, мужики сейчас заняты на стройке частокола, и им не до представлений. Но вот стражники не смогли пройти мимо, побросали свои посты и потянулись следом, перешептываясь и вытягивая шеи, чтобы получше разглядеть, что мы тащим.

Обернулся еще раз и среди идущих заметил даже гвардейцев Кральда, ну а Гундар, вон, уже стоит на башне и смотрит внимательно, скрестив руки на груди, ждет, чем закончится.

У северных ворот нашлось подходящее место, ровная утоптанная площадка с хорошим обзором в сторону завалов деревьев, оставшихся после валки леса. Установили станину, выровняли, и мы с Ольдом тут же забыли обо всех присутствующих, потому что предстояла первая зарядка, а это куда интереснее любых зрителей.

От катушки протянули к тетиве одну нить, привязав ее ровно посередине. Я надеялся, что плечи будут хотя бы относительно равномерно нагружены, хотя Ольд вроде отцентровал неплохо, по крайней мере на глаз перекоса не видно. Зафиксировали веревку, прокрутили чуть, и пошла натяжка.

Крутить оказалось не слишком удобно, но за счет высокой станины Ольд успел приделать довольно длинный крестообразный рычаг, и мы по очереди налегали на ручки, проворачивая катушку.

Тетива со скрипом ползла назад, плечи гнулись все сильнее, и по дрожи лиственничных ламелей чувствовалось, какая там копится сила. Правда, ручка для вращения была только справа от катушки, и это сразу бросилось в глаза как недоработка. Надо бы приделать еще одну слева, для симметрии, и тогда вдвоем натягивать будет куда удобнее, не придется толкаться локтями.

Люди смотрели преимущественно молча, иногда перешептывались между собой, обсуждая непонятное чудо, а мы все крутили и крутили. Медленно выходит, это да, и если на перезарядку уходит столько времени, надо будет потом ускорять процесс. Да и вообще, выделить специально под баллисты артиллеристов, человека три-четыре на каждую, пусть оттачивают скорость зарядки и меткость.

Минут через пятнадцать тетива дошла почти до катушки и собачка щелкнула в последний раз, зафиксировав положение. Ольд, все еще с опаской, аккуратно положил в ложе первый снаряд. Пока это тоже прототип, просто прямая ошкуренная палка с деревянным утяжелителем на конце, никакого оперения и вообще никаких излишеств. Положил, направил орудие на завалы бревен метрах в двухстах от нас и отошел на пару шагов, указав мне на баллисту.

— Ну что, давай, Рей, стреляй! Покажи всем, какую страшилищу мы смастерили! — и расхохотался, довольный.

Мне два раза повторять не надо. Подошел, взял киянку из рук Ольда и тюкнул по собачке.

— Гм… Доводка нужна, — прокомментировал я, потому что выстрела так и не произошло, а за спиной послышались недовольные вздохи. Кто-то из толпы, судя по звуку, даже развернулся и ушел, махнув на нас рукой, но я не обратил на это внимания. Тюкнул снова, на этот раз посильнее. Ноль реакции. Примерился, перехватил киянку поудобнее и врезал уже со всей дури.

Щелчок! Тетива сорвалась со своего места, катушка с гулом крутанулась, веревки на ней растрепались в разные стороны, и палка вырвалась из ложа вперед. Пролетела метров тридцать, потом встала боком, закувыркалась и полетела куда ей самой захотелось, так и не добравшись до завалов бревен. Воткнулась в землю далеко левее и легла, как легла.

Мы так и стояли, глядя на результат, а за спиной повисла тишина.

— М-да… — протянул кто-то, и люди начали расходиться.