Остановившись, мы стали осматриваться.

- Ну, как? - спросил старший отряда: - По дороге едем или в лес сворачиваем снова.

Я ответил Ритки, сдерживая кашель:

- Снова в лес затопленный спускаться? Нет, поедем по дороге. Пусть под дождем, но зато есть шанс добраться до жилья, и устроится на ночлег.

Послав вперед авангард из пяти всадников, Ритки выдержал время и двинулся следом. Мы славно продвигались вперед и прошли не менее десятка километров, когда дозорные подскакали к нам и сообщили, что впереди деревня.

- Пустая? - Спросил я, почти уверенный в этом.

- Нет. Жители есть. Мы не приближались, но дорога перед селением охраняется вооруженными жителями.

- Хорошо. - Кивнул я - Двигаемся к ним. Надеюсь, нас не сразу подстрелят.

Когда мы приблизились к вооруженным людям, что стояли на обочине и неуверенно смотрели на нас, Ритки поскакал к ним. Они недолго говорили и, махнув рукой, Ритки повел отряд в селение.

Деревня была переполнена. Я догадался, что не все в ней местные. Как потом сказал Ритки, в деревне собрались люди со всей округи. Кому нашлось место в домах, тем повезло. Остальные ютились в сараях и просто на улице поближе к навесам домов. На мой вопрос можем ли мы пополнить провиант в деревне, Ритки отрицательно покачал головой.

- Насколько я понимаю, у них здесь голодают. Даже дикой живности нет, вся ушла куда-то.

Я кивнул и сказал, чтобы попытались найти место для ночлега. Я не особо надеялся на удачу, но место таки нашли. В доме старосты деревни смог разместится весь наш отряд. Староста отчаянно сопротивлялся, насколько я понял. Но под давлением Ритки уступил. Но только я вошел в огромное строение, как староста, увидев мои знаки отличия, разразился отборной бранью.

- Нам самим есть нечего, и жить уже негде. Лучше бы я взял в дом несколько обездоленных семей, чем терпеть в доме проклятого язычника.

Я презрительно смерил его взглядом, и жестко спросил:

- Так чего же не взял? Так бы и мы не вошли к тебе.

Староста сплюнул на пол и прошипел:

- Ты… и из-за таких как ты Единый карает нас. Вы ложью и искушением заставили наших предков служить себе. Но скоро Единый и до вас доберется и покарает. И гореть вам в звездном пламени. И свершится справедливость, и будем мы освобождены от службы вам.

Я достал пистолет и, взведя курок, спросил спокойно:

- Сейчас я тебя освобожу. Выбирай, где тебя пристрелить тут или на крыльцо вывести?

Прибить этого урода мне помешали его домочадцы, что с воем и плачем повисли на нем заслоняя от меня. Они поспешно ушли в другую часть дома. А мы, расположившись с Ритки и двумя его войнами в гостиной, откровенно отдыхали, наслаждаясь теплом.

- Скажи, старшина, - спросил я устало - мы, что возложили на вас непосильную ношу службы или обязанностей? За что нас ненавидят жители Ордена?

Ритки грея ладони у очага проговорил медленно.

- Тот, кто упрекнет меня или Орден в нелояльности к твоему Правителю достоин смерти, как лжец. - Мы с ним по общей договоренности в тот день перешли на "ты". Мне было так удобнее, а ему все равно. Он повернулся ко мне и продолжил. - Но мы Орден. А что ты хочешь от простого обывателя? Вера в Единого Бога учит нас тому, что мы все созданы по образу и подобию Его. И, следовательно, от рождения свободны. А тут какие-то язычники считают нас своими вассалами, а зачастую и слугами. И если я понимаю, что такова воля наших отцов, то совсем не обязательно простому пахарю понимать, что это была их добрая воля.