Торговцы осмыслили сказанное.

— Уверен? — решил уточнить Ивар.

Суоне выпрямился, скрестив ноги. Теперь он сидел, ощущая жар костра и цепкие взгляды спутников.

— А то. Костры не жгут, держатся на приличном расстоянии. Вот только по утрам притоптана трава рядом с лагерем. Ну, как рядом. С полсотни локтей от нас. Если присмотреться, то увидите отпечатки звериных лап, а потом — человечьих ног. Или наоборот.

— Не шутишь? — Гам, похоже, струхнул. — Это же степь, тут много зверей бегает.

— Конечно, — ухмыльнулся Суоне. — Медведей, пардусов и вепрей. На каждом шагу встречаю.

Торлейв рассмеялась.

— А ты мне нравишься, мастер.

Суоне промолчал.

— Шутки в сторону, — Денемор подобрался. — Если это правда, нам угрожает серьезная опасность.

— Я вчера почувствовал запах, — робко произнес Линтек.

— Запах? — переспросил Ивар.

— Псиной воняло, — уточнил паренек. — Вы же знаете, я хорошо чую запахи. У моего отца на псарне так пахнет. Лунами клянусь.

Торговцы невольно прислушались к сгустившемуся степному мраку. У соседних костров народ продолжал веселиться, травить байки, греметь посудой и отрыгиваться. Кто-то затянул песню про короля, женившегося на ведьме. Нестройный хор мужских и женских голосов начал подпевать.

— Вот что, — Денемор, кряхтя, поднялся с насиженного места. — Пойду к Дункану и Гарахану. Перетрем эту тему. Выставим дополнительные дозоры, соберем совет. Ждите здесь.

Старик исчез во тьме.

Гам разлил остатки отвара по кружкам и раздал спутникам. Суоне с благодарностью кивнул.

— Как думаешь, — Торлейв уставилась на мастера. — Чего они хотят?

— Перевертни?

— Кто ж еще.

Суоне пожал плечами.

— Думаю, это организованный отряд, а не какой-то черноболотский сброд. Значит, их послал Турм. Получается, дело серьезное.

Девушка кивнула.

— Мы же обычные торговцы, — Гам обхватил свою кружку здоровенными ручищами. — Пушнина, мед и всё такое. У Турма этого навалом.

— Верно, — согласился Суоне. — Навалом. Значит, ему нужно что-то другое. Редкое и ценное.

Пока шел разговор, к костру подтянулось еще несколько человек. Любители песен умолкли. Мастер понял, что сверху стали отдаваться четкие приказы. Звякнуло оружие, народ зашевелился. Из тьмы выступил берсеркер по имени Хенген — свирепого вида мужик лет пятидесяти. Лысый, с рыжей бородой до груди, заплетенной в косички, и двуручным топором за спиной. Хенген без лишнего шума поманил Ивара. Торлейв поднялась вслед за напарником, но Хенген жестом усадил ее обратно. Сиди, дескать, твоя очередь еще не наступила.

Вскоре у костра появились лидеры — старик Денемор, белобрысый крепыш Дункан и худощавый Гарахан. Последнего в караване не любили — слишком мрачным и резким на язык был этот тип. Впрочем, нанимателей не выбирают.

— Вот что, — без предисловий начал Дункан. — Мастер правду говорит. На подступах к лагерю оборотни терлись. Бреннор услышал, как заржали кони, бросился туда. И увидел тень — не человек, а вообще не пойми что.

— Нас берут в кольцо, — добавил Гарахан. — Так что сегодня вряд ли поспим. Я разделю всех по сменам, дозоры надо усилить. Оружие держите под рукой.

Люди закивали, начали переговариваться между собой. Положение вещей не нравилось торговцам. Большинство из спутников Суоне были мирными людьми, не привыкшими держать меч или топор в руках. Да и Тризские Пустоши, несмотря на дурную славу, казались более безопасными, чем предгорья, в которых промышляли разбойники.

— Есть разговор, — Суоне повысил голос, привлекая общее внимание.