«Они не должны узнать о тебе и о Ширре», – молча сказал мне Лука.

«Да, – сглотнув, ответила я так же молча, уже ничему не удивляясь. – Это очень важно».

«Я не скажу никому. Клянусь, Трис».

«Спасибо, малыш, – невесело улыбнулась я, ощущая, как колеблются натянувшиеся между нами нити силы. – Я верю тебе. Ты справишься».

Ни один из нас не произнес ни слова вслух, но мысленная речь лилась и лилась – плавная, настоящая, теплая. Мы откуда-то знали, что и как надо делать, чтобы услышать друг друга. Понимали, что это правильно. Слышали чужие мысли и сознавали, что умеем уже давно, только прежде не признавались… никому, даже себе. Мы видели… да, и он тоже… видели то, чего не должны были замечать, когда излишне пристально всматривались в людей. Чувствовали, как отчего-то пугаются этого встречные. Понимали, что с нами что-то не так, но не могли поверить, что причина этому – магия. Наша собственная внутренняя магия, про которую нам никто никогда не рассказывал.

Никто не заметил этого завязавшегося диалога, не понял, как тесно мы научились общаться. Буквально за несколько дней! Мы вдруг стали так близки, как никогда раньше, но в этот же самый момент отчетливо осознали, что это ненадолго. Что другой такой возможности больше не будет, и судьба вряд ли сведет нас снова вместе. Когда-то я помогла ему, теперь он немного поможет мне и… и все? Здесь, в Кроголине, наши пути все-таки разойдутся?

Похоже на то.

Но надо же, как все повернулось: Лука – маг. Да еще способный в будущем стать по-настоящему могущественным. Если, конечно, научится правильно управлять своей силой. Выходит, не зря его ко мне потянуло? И меня к нему тоже – не зря? Выходит, что-то почувствовали? Оба? Ведь Беллри говорил, что на магов, даже необученных, сила моего риала действует слабее, чем на обычных людей?

«Теперь ты уйдешь?» – снова спросил мальчик, с отчаянием глядя на меня.

«Да, малыш. Я должна».

«Ты когда-нибудь вернешься, Трис?»

«Не знаю. Я даже не знаю, что со мной будет завтра. А ты… тебе все равно нужно будет к магу. Теперь – обязательно, слышишь? Ты понимаешь, малыш? Сделаешь это для меня?»

– Да, – забывшись, шепнул Лука вслух, и мне стало больно оттого, что его жизнь вдруг так резко поменялась.

Бедный малыш! Незавидная у него доля – быть тем, кем он никогда не хотел бы стать.

Я тяжко вздохнула и отвела глаза, боясь, что мои невеселые мысли придут к восьмилетнему мальчишке слишком рано. Перевернут его жизнь с ног на голову, лишат бесшабашной юности точно так же, как лишили его беззаботного детства. Конечно, не вина Зиты, что так получилось. Не вина Велиха, что он не смог этого остановить. Разумеется, не вина Леха, что вовремя не распознал. И уж конечно, не вина Брегола. Вопрос в другом: а не стало ли мое присутствие тем недобрым фактором, который и вызвал эту лавину?

Может, не зря я всю жизнь сторонюсь людей?

– Не вини себя, Трис, – вдруг шепнул проницательный Беллри. Оказывается, наблюдал за мной все это время и правильно распознал мои сомнения. – Ты не виновата. Рано или поздно он осознал бы себя. Но ты помогла ему не сорваться, когда он был уже на грани. Позволила понять. Остановила, не дав шагнуть в пропасть.

– Да? – мрачно покосилась я. – Его-то, может, и остановила. А кто остановит меня?

Эльф непонимающе моргнул.

– Тебя? Зачем?

Я глубоко вздохнула и пристально взглянула в его красивое, полное недоумения лицо.