– Домой? – эхом повторил Беллри, с удивлением изучая смущенное лицо мальчика. – Ты хотел найти свой дом и поэтому пришел к Трис? На ее зов?!

– Я пришел на ее голос, – неслышно прошептал Лука. – А потом увидел, как она танцует, и остановился. А она посмотрела на меня и сказала, что мой дом рядом с теми, кто меня любит, что больше не нужно никуда бежать и кого-то искать. Трис сказала, что отпускает меня, и после этого мне стало спокойно и тепло, как раньше.

– Поэтому ты вернулся, – уверенно закончил эльф. – Поэтому так легко нашел ее сегодня. Потрясающе! Трис, ты понимаешь, в чем дело?!

– Нет. А в чем?

– В том, что он…

– Лука! – истово выдохнул Велих, подлетая к нам на взмыленном скакуне. – Трис, ты нашла его!

– Это он меня нашел, – неловко улыбнулась я, передавая мальчика отцу. – Проснулся утром, узнал, что я уехала, и, похоже, решил, что насовсем. Вот, наверное, и кинулся убедиться, что это не так. И каким-то чудом все-таки отыскал, хотя ему явно никто не объяснял дорогу. Держи, с ним все в порядке.

Велих крепко прижал сына к груди и на мгновение замер.

– Лука… как же ты… зачем?! Один! В город! Никому не сказав! Это же не родной Геррхар, где три улицы и пять домов! Вторая столица ведь! Сын, как ты мог не предупредить!

– Все хорошо? – беспокойно спросил Лех, подъезжая на крупном кауром жеребце. И вот тогда Лука неожиданно поднял голову, невероятно серьезно посмотрев на них обоих.

– Я не хочу к магу, дядя Лех, – тихо и очень четко сказал он. – Не нужно. Я хорошо себя чувствую.

– Конечно хорошо, – выдохнул отец, отстранив его на вытянутых руках и неверяще всматриваясь в бледное, но на редкость решительное лицо сына. – Но он не сделает ничего плохого, только поговорит и проведет рукой у тебя над головой. Это совсем не больно!

– Я не пойду.

– Сынок, это важно… очень важно для всех нас. И я не хочу, чтобы это снова повторилось!

– Не повторится, – вдруг уверенно бросил с седла Беллри. – Я, конечно, не создатель, но можешь мне поверить: Лука больше не станет убегать и не потеряет разум.

К нему разом обернулась все присутствующие.

– Откуда ты знаешь? – нахмурился Велих, все еще крепко обнимая сына. Сзади неслышно подошел Брегол (тоже трепаный, в распахнутом кафтане и небрежно застегнутой рубахе), ласково погладил мальчика по щеке и вопросительно обернулся к эльфу. Лех только сузил глаза, метнув на меня быстрый взгляд, но я тоже ничего не понимала.

Беллри, словно не замечая всеобщего внимания, упруго соскочил на землю и пристально взглянул на восьмилетнего упрямца. Затем протянул руку, легко коснулся спутанных волос, усмехнулся, когда мальчик упрямо отстранился, и наклонил голову.

– Забавно. Скажи-ка мне, дитя: какого цвета мои глаза?

Я озадаченно нахмурилась, но Лука почти не задержался с ответом:

– Синие.

Разумеется, какие же еще?!

Однако, услышав очевидное, эльф почему-то мелодично рассмеялся, повергнув нас в состояние еще большего недоумения. Брегол при этом удивленно моргнул и ошарашенно повернулся к внуку, а Лех странно кашлянул.

– Как синие?! Лука, с тобой все в порядке?

– Да, – буркнул тот, насупившись и враждебно зыркнув на довольного эльфа. – У тебя и папы карие, у мамы черные, у бабушки серые, а у него синие! Как море! Или небо!

– Но это же… как же? – окончательно растерялся купец, переводя беспокойный взгляд с Беллри на меня, с Леха на Велиха, с сына на внука.