|
— Мечи только позвольте, господин путник. Приказ господина Шарака. Не волнуйтесь, в замке ваша госпожа и так будет под надежной защитой. Альк для виду поспорил и снял перевязи с ножнами. Карета заехала во двор. Он был едва ли не больше площади, но уже наполовину заставлен экипажами. Стоило карете остановиться, как одетый в бордовое парнишка предупредительно распахнул дверцу и протянул даме руку, — однако первым выскочил Альк. Зыркнул на задрожавшего слугу и сам вывел Рыску. Очутившись на земле, девушка попыталась отнять ладонь, однако саврянин ловко перекинул ее на свой локоть. — Иди рядом, — прошипел он. — Шаг мельче, подбородок выше. И рот закрой!!! Рыска честно постаралась выполнить его приказ, но челюсть словно заклинило. Впереди остались еще одни ворота — внутренние, возле которых стоял пышно разряженный пожилой мужчина, поочередно приветствующий гостий. — Это и есть господин Шарак?! — Девушке почудилось, что он раскусит обман с первого взгляда. — Еще чего. У хозяина замка есть более важные дела, чем пол вечера торчать у порога. Это дворецкий. — А о чем с ним надо говорить? — Вспоминай. — Что?! Альк замолчал — до дворецкого осталось всего несколько шагов. По глазам оного было видно, что саврян он не любит, а путников побаивается, но широкая гостеприимная улыбка даже не поблекла. — Добро пожаловать в замок Полтора Клинка! — Дворецкий склонился в почтительном полупоклоне. — Мой господин сердечно рад видеть вас на сегодняшнем приеме. — Взаимно, — холодно ответил саврянин. От него иного и не ждали, пауза затянулась из-за Рыски. Девушка сглотнула, покосилась на Алька в поисках поддержки, не нашла ее и жалобно выдавила: — Хи-хи. Слова действительно оказались волшебными: дворецкий посторонился, давая им дорогу, и обратился к следующим гостям, с теми же фразами. Прием был устроен на первом же этаже, в большом зале со сводчатым потолком и множеством отходящих в разные стороны галерей — будто внутри паука, подумалось Рыске. У каждого выхода стояло по стражнику в начищенных до блеска доспехах. Торжественные и неподвижные, как статуи, они тем не менее бдительно шарили взглядами по залу. — Хм, — только и сказал Жар, идущий сразу за парочкой. — А ты думал, все так просто будет? — шепотом же откликнулся саврянин. — Думал, что будет хуже. При виде висящих на стенах зеркал Рыска почувствовала себя маленькой-маленькой: у Сурковых дочерей было по зеркальцу размером с ладошку, в костяной оправе с ручкой. Но чтобы такие огромные… Это ж, наверное, целиком себя увидеть можно! Девушка, не выпуская локтя Алька, подалась к ближайшему — и внезапно поняла, что уже видит, только не осознает. Это — она?! Из-за корсета живот прилип к хребту, а то и перетек в грудь, которая выпятилась куда дальше и выше обычного. Плечи расправились, голая шея казалась длинной и тонкой, а уж что Альк сотворил с Рыскиными волосами… как бы пчелы с ульем не перепутали. Разглядев себя получше, девушка слегка успокоилась. Ненамного она и хуже этих благородных дам, а некоторых, пожалуй, и лучше. Белой крысой точно не кажется. Народу в зале все прибывало. Одни, как и Рыска, растерянно осматривались, другие деловито, словно мыши на запах сыра, устремлялись к маленьким круглым столикам с угощениями. Блюда пустели почти мгновенно, но слуги неустанно подносили новые. |
