Глава 5

«Дуглас-10» подрулил к главному вестибюлю. Моторы замерли. Встречающие направились к выходу, спеша обнять прибывших друзей и родственников.

Савидж оценивающе оглядел толпу, пропуская и рассекая ее взглядом, изучая боковые выходы.

Никакого намека на опасность.

Савидж двинулся к толпе встречающих. Как обычно, потребовалось подождать, пока трап подгоняли к выходу. И вот совершенно пустая платформа внезапно заполнилась людьми.

Радостные объятия, страстные поцелуи.

Савидж вновь проверил все, что находилось в поле его зрения. Вроде ничего подозрительного. Он сосредоточил внимание на платформе.

Теперь, после первой волны, выходили остальные пассажиры. Принципал с телохранителем летели первым классом. Переплата означала не только удобные сиденья большего размера, не только заботливейших стюардов, лучшую еду и море бесплатных коктейлей (которые охранник должен был бы отвергнуть), но также и привилегию входить в самолет и выходить из него до и, соответственно, после входа и выхода всех остальных пассажиров.

Возможность первым войти в самолет давала определенные преимущества. Вы быстро проходите в самолет, не задерживаясь в толчее, и, таким образом, избегаете возможной опасности. Но выход на виду у всей толпы предполагает огромную ответственность телохранителя перед клиентом. Профессиональный телохранитель будет настаивать, чтобы принципал подождал, пока большинство пассажиров выйдет из самолета. Таким образом, можно будет максимально контролировать ситуацию, поскольку толпа встречающих существенно поредеет.

Поэтому Савидж воодушевился, не обнаружив среди богатых и разряженных пассажиров первого класса, шествующих с гордо поднятыми головами и яростно сжимающими ручки своих атташе-кейсов, ни одного азиатского лица. Многие из этой публики были в ковбойских сапогах и стэтсоновских шляпах, что неудивительно, поскольку самолет прибыл из Далласа, где незадолго до этого приземлился «Боинг-747» из Японии. Судя по всему, остальные японцы с этого рейса либо остались в Далласе, либо отправились дальше каким-то другим маршрутом.

Савидж ждал.

Вот появились еще европейцы. Снова радостные объятия.

Поток пассажиров мало-помалу превратился в тощий ручеек.

Стюард «Америкэн Эйрлайнз» вывез из самолета старую женщину в инвалидном кресле. Теоретически «Дуглас-10» был пуст.

Но только теоретически.

Савидж огляделся по сторонам. Толпа встречающих полностью рассосалась. В то же время уже собралась другая толпа — улетающих и поэтому возбужденных людей, готовящихся к посадке в самолет.

Там, где находился Савидж, было практически пусто. Служитель чистил пепельницы.

Никакой угрозы.

Савидж продолжал ждать.

И тут наконец появился японец, одетый во все темное — брюки, свитер с воротником под горло и куртку с вязаными манжетами и воротником.

Лет тридцати пяти. Элегантен, но в меру. Во всем его облике чувствовалась сила. Жилистый, гибкий. Движется мягко, как танцор. Грациозно. Сдержанно. Ни одного лишнего жеста. Владеет воинским искусством, о чем свидетельствуют мозоли на кончиках пальцев и ребрах ладоней. Руки совершенно свободны. Ни дорожной сумки, ни атташе-кейса. Просто красивый японец ростом пяти футов десяти дюймов, с коричневатой кожей, коротко остриженными черными волосами, с квадратным лицом, мощной челюстью и широкими скулами и с цепкими глазами, похожими на два лазера.

Судя по всему, это был Акира, и он произвел на Савиджа неизгладимое впечатление. Нужно быть идиотом, чтобы решиться на противоборство с таким человеком. Савиджу до сих пор приходилось работать с телохранителями намного слабее его по уровню мастерства, поэтому мысль о том, что на сей раз придется иметь дело с асом, заставила его мысленно улыбнуться.

За Акирой следом появился второй японец.