|
Может, место неподходящее, может, усталость от двух походов в Полоцк и обратно, да потом ещё поездка за кладом, но ничего зелёного Коська вокруг не увидел. Парень не поленился, вышел на улицу, зашёл в конюшню, скрываясь от пронизывающего ветра и попытался повторить все приготовления и само созерцание лечебного пламени там. И опять ничего не получилось. Хотя. Твёрдо Коська уверен не был, но показалось на один миг, что в том углу, где стоят бочки с водой, мелькнул зелёный огонёк.
Настырности парню было не занимать, и он подошёл к бочкам. Там стояла колченогая скамья небольшая, одна ножка расшаталась и треснула при попытке ремонта дядькой, тот ещё из него столяр, и мебеля отнесли сюда, ну, не выкидывать же, вдруг в ком ещё столяр проснётся, да к тому же — настоящий. Касьян аккуратно уселся на неё и опять, в третий уже раз за вечер, попытался войти в транс и увидеть целительскую энергию.
Вот! Вот что крест животворящий… тьфу, вот, что настойчивость делает. Прямо под бочкой, как бы обтекая её с трёх сторон, вырывались наружу маленькие, еле видимы всполохи зелёного огня. Как спиртовка днём, почти не видно, только там пламя голубое, а тут зелёное. Коська потянул руку к язычкам пламени, и они сгруппировались потянулись маленькими огоньками навстречу руке.
И исчезли. Словно впитались в его руку. И больше не видно было ни единого зелёного язычка.
Глаза слипались, и накопившаяся усталость требовала бросить заниматься ерундой и идти спасть.
Утром, сделав с парнями зарядку, Касьян поспешил в кремлик и сразу к Язепу пристал, а видит ли он разлитую вокруг зелёную энергию.
— Когда лечу? — не понял хельг.
— Нет, вот сейчас в этих покоях есть лечебные огоньки? — обвёл Коська жильё и амбулаторию одновременно руками, даже тыкнул в подозрительные углы.
— Ты не простыл часом Касьян, лечебная энергия производится тобой или мной, и не может её быть без нас. Кстати, пойдём-ка быстрее к князю, а то ворчать начнёт, что поздно приходим. Он, как и я, рано встаёт, вон его голос уже слышно, ругает кого-то.
— Жаворонок…
— Кто? — хельг остановился.
— Хм. Мне… Вот… А! Мне в нашем селе бабка лекарка говорила, что все люди делятся на жаворонков — это те, кто рано встаёт, и сов — эти наоборот поздно ложатся, но и встают поздно.
— Интересно. А ведь права твоя хельга. Ой, сбил меня, пошли. Сегодня последний раз руку князю полечим. А потом ещё нужно тебе за новой порцией иголок бежать, да и за сывороткой на рынок.
За сывороткой Коська теперь не на рынок бегает или там ждёт, пока кухарята с рынка принесут. Он забирает у Язепа грош и идёт с ним… домой. Там, после получения сыра, этой сыворотки хоть упейся, и козлят молодых хватает попоить, и такой же квас себе поставить, и для Язепа остаётся.
А грош? Не ну раз дают, то нужно брать. Деньги ведь могут и обидеться, если от них начнёшь отмахиваться. Копеечка рубль бережёт. А грош по нонешним временам и не копеечка, а червонец скорее.
Пока князя лечили, Коська думал. Шарики за ролики загонял. Это что же получается⁈ Хельг Язеп — самый искусный лекарь, которого только встречал парень, ничего про разлитую вокруг зелёную энергию не знает. А вот его книга учит. Выходит, она и в самом деле ценность. Не зря за ней бандиты Федьки-Зверя охотились. А вот интересно, эти огоньки вчера вечером впитались в него и усилили или просто испугались и спрятались под бочкой. Нужно это как-то проверить. Да и попытаться найти более мощный источник лечебной энергии.
Глава 4
Событие десятое
Князь Остей помял правой здоровой рукой сначала предплечье левой, а после левое плечо. При этом один раз слегка поморщился, но так словно не боль стрельнула, а лишь воспоминание о ней.
— Как думаешь, Язеп, когда снег-то уже ляжет? Чтобы не таял? Нормальный? — Остей натянул рубаху поигрывая кубиками пресса на животе, — На санях чтобы обоз везти, не связываясь с телегами?
А Коська и не завидовал даже кубикам на пузе, у него и не хуже. |