|
— Я с обозом останусь, — хотелось Коське тепла и взвара, но и нажитое непосильным трудом не хотелось бросать. Вероятность, что уворуют не велика. Ящик с золотом, серебром и мехами надёжно закреплён под санями. Кто там будет шариться, да и зачем? Тут Коську другая тревога грызла. Его возок чуть длиннее и шире остальных, он новый, даже новёхонький, и к тому же усилен двумя железными полосами по краям. Он сам у Горыни их заказал за тридцать пять грошей.
Ну, то есть — это как «Волга» в СССР. Не золото могут украсть, а сам возок.
— Чего выдумал? — Остей недовольно зыркнул на пацана.
И что ему сказать? Что там соболя?
— Там арбалет и ручницы, одежда дорогая, сыры, подарок батюшке твоему, княже.
— Фрол, оставь воя присмотреть за нашими санями, а за этим — лекарским возком, особенно. Пойдём, Касьян, посмотрим, чем там болен посадник. Опять забыл как там его? А! Прокл сын Евстигнея.
Глава 15
Событие сорок третье
Это был постоялый двор. Большой, даже огромный, он раза в четыре больше, чем у Коськиного отца был. Это и понятно, тут город, пусть и небольшой, а не сельцо маленькое. Опять же, тут дорога на Москву из Киева, Чернигова, Гомеля, Брянска, много гостей торговых по этой дороге с караванами или обозами, наверное, правильнее, едут в Москву и другой дороги, как через Калугу, нет. Легко их двадцать саней разместили и для лошадей крытая тёплая конюшня нашлась. Видно, что раньше меньше была, там дерево почернело уже, а вот то крыло, которое им выделили, сияет белизной свежего дерева. Коська уперся, хоть князь и рыкнул на него, что проследит сначала, как его воз разместят и Орлика обустроят. Оставленного бдить за их имуществом Первяка парень уговорил поставить его сани в центре, чтобы со всех сторон зажаты были другими и только после этого поспешил в кремлик местный. Ну, да на Кремль не тянул. Небольшая крепость из брёвен, сделанная в виде клетей, в центре церквушка и дом посадника. Зато по углам кремлика стоят большие новые башни высотой метров под двенадцать. Такие попробуй захвати. Лестниц таких длинных нет.
К высокородному гостю посадник всё же вышел, согнувшись и скрипя зубами, но вышел. Они даже какого-то кислого вина уже по кружке выпили, когда Коську привели в горницу. Свечи горели восковые, наполняя воздух в покоях посадника щекочущим ноздри ароматом. Видимо какие-то специальные свечи у Прокла этого, какие-то ароматизаторы добавлены к воску и это не ладан. Другой запах. Смородиной вроде отдаёт. Интересно.
— А вот и лекарь мой. Глянет сейчас…
— Да есть у меня лекарь. Тоже не простой, монась, детишек в монастыре учит.
— А пусть глянет. Касьян, он и у монася учился и у моего хельга Язепа, а тот университет где-то в неметчине посещал. Пусть глянет.
И как его глянуть⁈
— Больной на что жалуетесь? — не вариант, не те времена.
— Глаза мне твои посмотреть надо, Прокл, — зародилась подозрение сразу у Коськи, чем господин посадник болен. За почку правую держится, морщится и чуть согнувшись ходит. Зачем в глаза смотреть? Ну, может с печенью у человека проблема?
Глаза были красные, а не жёлтые. Не, не вампир, просто капилляры, видимо полопались. От боли?
— Мочишься с трудом? — Коська всё же решил, что мочекаменная болезнь у человека.
— Хм. Гм. Режет при этом, при самом, — застеснялся, как девица, и даже покраснел посадник.
— Две причины твоей болезни сначала назову, — для приличия Касьян руки на поясницу наложил посаднику и стал вещать, даже голос понизив, — Недостаточное потребление жидкости. Пьёшь мало простой воды. Дефицит воды снижает объём мочи и повышает её концентрацию, в густой моче соли легче оседают и образуют камни.
— Дефини… цит? Концепация? — даже морщиться перестал Прокл сын Евстигнея. |