Наступило продолжительное молчание, а затем Марса спросила:

– А почему именно сейчас?

Карас понимал, к чему относится ее вопрос. Он откинулся на спинку стула, стараясь не смотреть сестре в глаза.

– Я много размышлял, – негромко заговорил он. – Что скажут обо мне люди, когда я умру? Что я был философом? поэтом? завоевателем? Такие правители встречались и прежде. Но и от них ничего не осталось, кроме праха да разбитых статуй. Я чувствую, что жить мне осталось не так уж много. Этого достаточно, чтобы задуматься о смысле жизни. Я хочу, чтобы мое дело имело смысл – пережило меня самого. Надеюсь, ты понимаешь, что я имею в виду. Мне хочется оставить моим сыновьям достойное наследие.

Марса медленно кивнула: она понимала, что брат имеет в виду. Но она также помнила разговор, состоявшийся между ними много лет тому назад, когда она еще жила во дворце. На самом деле Карасу хотелось любым путем превзойти отца. Габрелу так и не удалось покорить Запад.

Изменить это и считал Карас настоящим успехом. «Забавно», – подумала Марса.

– Я хочу попробовать, – сказала она. – Скажи мне, что я должна делать.

Тяжело вздохнув, Карас ответил:

– Что ж, для начала постараемся ничего не взрывать. – Он улыбнулся. – Начнем с чего-нибудь легкого. Сосредоточься на каком-нибудь предмете… например, вот на том стуле. И попробуй заставить его двигаться. Ты должна мысленно увидеть, что он движется, вот и все.

Марса не колебалась ни мгновения: следуя указаниям брата, она посмотрела на стул, закрыла глаза и живо представила себе, как он поднимается с земли.

Услышав, что Карас резко втянул в себя воздух, она открыла глаза. Стул висел в воздухе. Ликование и чувство собственного могущества переполняли Марсу. Она вообразила стол… и он тоже оторвался от земли! Дурен, не скрывая восхищения, смотрел, как сестра манипулирует мебелью. Она заставила стул и стол двигаться по кругу, затем подняться до самых вершин деревьев, и наконец она опустила их обратно на землю.

– Скажи мне, что еще я могу сделать, – возбужденно спросила она. – Я хочу узнать все!

Ее брат предостерегающе поднял руку:

– Не торопись, Марса, не торопись… С этими вещами нужно вести себя осторожно. Тебе еще многому предстоит научиться.

Марса три дня работала вместе с Дуреном, совершенствуя новообретенные способности.

Утром второго дня Марса решила прокатиться верхом на лошади по невысоким холмам, окружавшим Рокой, в сопровождении дочери и небольшой свиты. Остановившись перекусить в небольшой деревне, называвшейся Лоринг, она неожиданно ощутила связь с братом. Объяснить, как она может об этом знать, она не смогла бы, но была совершенно уверена, что Дурен сидел в эту минуту в библиотеке на стуле с высокой спинкой и читал древний текст. В какое-то мгновение ей показалось, что она даже может видеть книгу его глазами. Ощущая присутствие брата, Марса была уверена, что и он ощущает ее. Марса увидела, как брат внезапно вскинул голову. Для опыта она сняла кольцо с пальца, и связь тут же прекратилась.

Вечером того же дня, за ужином в ее апартаментах, они обсудили случившееся. Дурен подтвердил, что тоже ощутил присутствие сестры, и даже точно описал место, где она находилась в тот момент.

– Я сразу же почувствовал, что ты сняла кольцо, – сказал он. – У меня возникло внезапное чувство пустоты, ты как будто ушла. Выразить это словами трудно.

– Как ты думаешь, Карас, что это значит?

– Не знаю. – Он пожал плечами. – Возможно, между членами одной семьи существует большая близость.

Она положила вилку и посмотрела в окно. Вдали под темным небом огни Рокоя светились оранжевым светом.