– Непременно, – сказал Мэтью, но прозвучало это не очень убедительно.

– Ну что ж, теперь отдыхай спокойно. Сейчас я должна матери по дому помочь, но попозже приду опять. – И, широко улыбнувшись и помахав рукой, Лара ушла.

Дэниел, заметив выражение лица Мэтью, предпочел тоже удалиться – под предлогом необходимости зайти в лавку Лукаса Эмсона и обсудить с ним кое-какие изменения в конструкции трубки. У двери он задержался, повернулся к Мэтью и сказал с видом человека, очень довольного своим остроумием:

– Я теперь подумываю заказать себе сапоги в этом же роде. – И он едва успел увернуться от одного из них, попавшего в притолоку совсем рядом с его головой.

На следующее утро Мэтью проснулся очень рано. Спать дольше он не мог и уселся у окна, наблюдая, как светлеет небо. Он размышлял о Джайлзе, и о других своих погибших друзьях, и еще о маленьком Стефне Дарси. Почему именно орлоки выбрали для нападения Девондейл? Он никак не мог этого понять.

Он пытался разобраться во всем, что произошло, но вдруг заметил какого-то человека, который стоял у дороги и смотрел прямо на него. Вздрогнув от неожиданности, Мэтью всмотрелся пристальнее. С минуту Берк Рэмзи тоже не отрывал от него глаз, а потом повернулся и зашагал в сторону городка.

11

Девондейл

Два дня спустя Хелен объявила, что здоровье Мэтью достаточно поправилось, чтобы ему можно было разрешить встать с постели. Лара зашла ненадолго – как она заходила каждый день, – чтобы узнать, как он себя чувствует. Она сообщила Мэтью, что его отец придет немного позже и заберет его домой, и он очень обрадовался. Все эти материнские заботы уже начинали действовать ему на нервы. Рассказав новости, Лара решила остаться еще на некоторое время – убедиться, что Мэтью побреется как следует. Он неохотно подчинился, отказавшись на время от мысли отрастить бороду.

Как и обещал, Бран приехал примерно через час. Увидав сына, он расплылся в улыбке, и они крепко обнялись, не сказав ни слова.

– Похоже, что стряпня Хелен пошла тебе на пользу, парень, – сказал Бран.

Мэтью никогда не был так счастлив видеть отца, как на этот раз. Попрощавшись со всеми, Мэтью положил свой меч и лук на телегу, и они с отцом зашагали по дороге, ведя Тилду под уздцы.

Мэтью удивился, когда у моста Вестри отец пошел прямо, а не свернул направо.

– Мы идем в город? – спросил он.

– Нужно там с одним делом покончить. – Что-то в тоне Брана заставило Мэтью спросить:

– С каким это делом? – Лицо отца стало серьезным.

– Из Эндерона пришел констебль, и нам нужно с ним побеседовать.

– С констеблем? Зачем?

– Сегодня утром Палмер прискакал к нам на ферму и предупредил меня, что вроде бы этот парень, Берк Рэмзи, подал на тебя жалобу из-за смерти Джайлза.

Мэтью вскипел:

– Послушай, если только кто-нибудь… – Бран поднял руку, не давая ему продолжать:

– Никто в твоих словах не сомневается, парень, по крайней мере никто из девондейлцев, но спорить нельзя – обвинение и впрямь серьезное. Поэтому и констебль приехал.

– Прав был Дэниел. Нужно было с ним разобраться еще до того, как мы выступили, – возмущенно заявил Мэтью.

– Может, и: так… но теперь ничего не поделаешь. Ты должен держать себя в руках и просто отвечать на вопросы. Ты меня понял? – спросил Бран тоном, не допускающим возражений.

Внутри Мэтью так и кипел, но дальше пошел молча. Не говоря ни слова, они перешли через мост и вскоре достигли площади.