Проглотив возражения, Джун протяжно выдохнул, покорно поклонился дедушке и Раяну и, понурив голову, поплёлся в сторону кухни. Я сделала пару шагов за ним, но розга преградила мне путь. Всё веселье сошло на нет при виде снисходительной улыбки на лице дедушки.

– Джун, погоди, – тихо позвал хранитель, но мой друг сразу замер и обернулся. – Захвати с собой Ашу не только посуду мыть. Думаю, и ей двадцать кругов не помешают.

– Но я же… – я прикусила язык, не закончив. Дедушке хватило приложить палец к своим губам, дав знак умолкнуть. Я подчинилась: будет хуже, если упрямиться.

– Не забудь поклониться Раяну, – напомнил дедушка.

Я как подобает попрощалась со старшими и поплелась за Джуном. Вначале мне хотелось дать ему пинка за издевательскую ухмылку, но тот взял меня за руку, и его улыбка стала теплее. Поняв, что вдвоём всё делать веселее, мы забыли о том, что это своего рода наказание.

– Выходит, ты всё-таки успел их полюбить? – иронично обронил дедушка, повернувшись к Раяну, а мы с Джуном отошли слишком далеко и не расслышали ответ будущего хранителя.

– Не плачь, Ашарин, – попросил Раян, положив ладонь мне на голову.

Я почти до крови закусила губу, чтобы не разреветься. Десять минут назад Джун рухнул с дерева. Он отлично умел держать равновесие, но ветка неудачно надломилась под его ногой.

На моих глазах дедушка и мастер Чо заматывали Джуну голову, пока тот хвастался, что ему совсем не больно, хоть он и рассадил себе руку. Рану на затылке промыли, но зашивать не стали, убедившись, что всё не так серьёзно.

Меня всю трясло. Я увидела и запомнила каждый миг его падения, но, будучи внизу, оцепенела и никак не смогла помочь. Даже шага не сделала, чтобы его поймать. Рухнув, Джун не двигался несколько секунд и пришёл в себя от моих воплей, на которые сбежались дедушка, Раян, Риша и десяток других учеников.

Рука Раяна продолжала гладить меня по волосам, а я глядела на Джуна и старалась рыдать молча.

– Джун всегда будет с тобой, – уверенно продолжал успокаивать Раян. – Не плачь, Ашарин.

Глава 8

«Не плачь, Ашарин».

С эхом этих слов в голове я проснулась на следующее утро. Открыла глаза от давящего ощущения, что кто-то наклонился ближе. Риша коснулась моего плеча, проверяя, действительно ли я проснулась.

– Я правда засунула в рот жука? – мой голос хрипел спросонья, а мысли ещё наполовину витали в увиденных снах, но я не могла понять, были ли они воспоминаниями или же игрой воображения.

– Ты съела жука? Сейчас? – удивилась Риша странному вопросу.

Заинтересованные нашим разговором Калид и Шин замерли, прекратив собирать вещи.

– В детстве. Я ела жука? То есть притворялась, что съела?

Риша продолжила растерянно на меня смотреть, кажется, не понимая, о чём речь.

– Погоди, – неожиданно встрял Шин. У него вырвался смешок, и он одним движением руки убрал растрёпанные ото сна волосы с лица. – Риша, не о том ли моменте она говорит, когда Аша облапошила Раяна?

– Каком моменте?

– Я сам не видел, но мне Минсу рассказал. Нам было то ли по четырнадцать, то ли по пятнадцать. Тогда Джун подговорил Ашу съесть жука, она притворилась, а малой так испугался, что позвал Раяна. Они вдвоём пытались заставить Ашу сунуть пальцы в рот.

На лице Риши медленно отразилось понимание, а затем расцвела улыбка.

– Раян переволновался и даже не сообразил, что Аша жука-то и не ела, – сквозь смешки выдавил Шин. – Мы с Минсу эту историю Раяну год припоминали, ведь малышня обвела его вокруг пальца.