В предвкушении он издавал утробное ворчание. По шороху Джулия поняла, что он торопливо раздевается. Перекатившись на край кровати, она вскочила и бросилась прочь.

– Не вздумай играть со мной, Джулия. – Вирджил обращался с ней как с неразумным ребенком. – Нам нельзя шуметь. Ну, иди ко мне. Я не намерен разыскивать тебя в потемках.

Джулия не ответила. Осторожными шажками она продвигалась к письменному столу, стоящему в противоположном углу комнаты. Где-то в верхнем ящике должен быть разрезной нож с серебряной рукояткой – острый, как кинжал, и столь же смертоносный. Только бы Сара не убрала его!

– Джулия, предупреждаю, не заставляй меня повышать голос. Имей в виду, я могу сказать твоей матери, что ты сама заманила меня сюда в порыве желания и ревности. От сердечного приступа она умрет, и эта смерть будет на твоей совести. Послушай, я дам тебе еще один шанс все обдумать и принять мое предложение.

Джулия медленно и осторожно сделала еще несколько шагов и потянулась к столу. Рука повисла в воздухе. Стол стоял поодаль.

– Я вправе выгнать тебя из Роуз-Хилла – разве ты еще не поняла? – Вирджил повысил голос, и Джулия напряглась, опасаясь, что мать услышит его: она всегда спала очень чутко. В темноте послышались шаги – Вирджил приближался. – А соседям я объясню, что ты пришла в ярость, узнав о нашем браке, и потому я был вынужден удалить тебя из дома, чтобы избежать лишних неприятностей. И куда же ты денешься? Вернешься к пиратам? Но что они могут дать тебе, кроме животной похоти? А я обеспечу положение, дам крышу над головой…

Пальцы Джулии коснулись полированного вишневого дерева, и она принялась шарить в приоткрытом ящике стола. Где же нож? Только бы Сара ничего не убрала! Впрочем, раньше она всегда клала веши на свои места. Но если нож в нижнем, запертом ящике…

Когда Джулия наконец нащупала нож, то не удержала его в трясущихся пальцах и выронила на пол. Опустившись на колени, дрожа всем телом, она продолжила поиски.

– Мне надоело ждать, Джулия. Ты еще поплатишься за эту выходку. Не надейся на нежности в постели: теперь я намерен доставить удовольствие только себе. А ты будешь…

Она старалась не слушать грубые, оскорбительные слова Вирджила. Он обезумел! А ведь прежде он производил впечатление настоящего аристократа!

Но вот нож был найден. Джулия крепко сжала тяжелую, украшенную орнаментом рукоятку и громко прошептала:

– Не приближайся, Вирджил, или я убью тебя…

– Убьешь меня? – Он пренебрежительно фыркнул. – Что ты несешь, Джулия!

Он схватил ее за плечо, и Джулия изо всех сил нанесла удар ножом, чувствуя, как лезвие входит в податливую плоть…

Завопив от боли, Вирджил отпрянул и наткнулся на что-то.

– Тварь! Потаскуха! Я еще посчитаюсь с тобой, вот посмотришь! Ты ответишь за все…

Он выбежал из комнаты, хлопнув дверью. Джулия поспешно выдвинула ящик стола, нашла серные спички и зажгла лампу. Комнату залил уютный желтоватый свет.

Первым делом Джулия надела рубашку, босиком прошлепала к двери и распахнула ее, по-прежнему угрожающе сжимая нож в руке. Она прислушивалась, опасаясь, что крики Вирджила разбудили и напугали мать.

Но в коридоре было темно и тихо, свет узкой полосой падал только из двери спальни Джулии. Внезапно она заметила на полу дорожку из ярко-красных капель, ведущую к комнате Вирджила. На ковре в своей спальне Джулия тоже увидела кровь.

Дверь спальни можно было запереть, но Джулия знала, как легко открыть этот замок. В раннем детстве Майлс часто проникал тайком в ее комнату и из вредности разбрасывал ее игрушки. Сообразив, как быть дальше, Джулия подтащила к двери тяжелое кресло. Если Вирджил попытается ворваться к ней, она услышит шум.