Для подстраховки они обогнули массивное строение, минуя небольшие магазины, огромную, в основном пустую парковку и жилую улицу, забитую автомобилями. И подошли к торговому центру с тыльной стороны. Там стояло несколько полуприцепов, один из них был припаркован перед открытой погрузочной площадкой.

Пройдя через затемненный склад, они оказались в огромном помещении. Слабый рассеянный свет проникал сквозь прозрачную куполообразную крышу. В темных углах магазинов без окон притаились тени. Торговый центр поражал своей величиной и запустением, даже их шепот гулко разносился по тихим коридорам.

Уиллоу увидела себя в тройке зеркальных сфер, висящих у входа в бутик высокомодных умных украшений – ожерелья, предсказывающие риск инсульта, браслеты, отслеживающие циркадные ритмы. Ее свалявшиеся волосы облепили исхудавшее лицо, на одной щеке виднелась полоска грязи, глаза смотрели остро и хитро, словно у дикого зверя. Она быстро отвела взгляд.

Уиллоу дрожала, ее одежда промокла, и потому она была рада, укрыться от сырости и холода. Кожа головы зудела. Она с отвращением провела языком по своим шершавым зубам. Они чистили зубы обычными зубными щетками, которые раздобыли в магазине, но этого все равно недостаточно. Она бы обменяла свои скудные сбережения на одну ночь современных удобств.

– Наверняка здесь найдутся ботинки. И мне до смерти хочется сменить белье.

– Самое время позвать остальных, – отозвался Сайлас, не обращая внимания на ее неубедительную попытку добиться от него хоть какой то реакции.

– Еще нет. – Они почти не разговаривали за два дня, прошедшие с тех пор, как она присоединилась к нему, с тех пор, как он убил мальчика и старика. Уиллоу не любила говорить о чувствах, впрочем, как и сам Сайлас. Чем больше времени они проводили вместе, тем спокойнее относились к молчанию друг друга.

Как ни странно, она чувствовала определенную связь с Сайласом. Он хоть и придурок мирового класса, но научил ее сражаться, побеждать, оставаться в живых. Им обоим приходилось убивать. Они оба жили с чувством вины, как с раком, разъедающим их внутренности.

– Сразись со мной.

Его рот искривился в привычной ухмылке, но глаза горели сожалением и чувством вины – эмоции, слишком хорошо знакомые Уиллоу. Сайлас знал, что он все испортил. Ему не требовались слова Уиллоу. Она лучше других знала, каково это – потерпеть такую ужасную неудачу. Ему просто нужно чтобы кто то побыл рядом, кто то понимающий.

– Сейчас? – переспросил он. – Ты похожа на утонувшего пуделя.

– Ты выглядишь еще хуже, поверь. – Она потрясла руками и вскинула подбородок, принимая боевую стойку. – Выкладывайся на полную.

Сайлас медленно обошел вокруг Уиллоу, нанеся несколько разминочных ударов. Уиллоу легко отклоняла его удары. И нанесла встречный удар, попав ему в плечо.

Она сымитировала еще один удар, намереваясь атаковать его кроссом, но Сайлас слишком хорошо ее знал. Он блокировал удар и одновременно пнул, сбив Уиллоу с ног.

Она упала, выпустив воздух из легких, резкая боль пронзила локти и копчик. Слава богу, на спине осталась жировая прослойка, которая никуда не делась, будь то апокалиптическая голодная диета или нет.

Вскочила на ноги прежде, чем он успел перевести дыхание. Врезала ему апперкотом в лицо, задев кулаком подбородок.

Сайлас пошатнулся.

Уиллоу сжала кулаки, глядя на него. Его лицо по прежнему оставалось напряженным, глаза тонули в темноте. Ей нужно все же что то сказать. На этот раз молчания недостаточно.

– То, что случилось, – просто отстой.

Он только хмыкнул.

Уиллоу убила Охотника за Головами на ферме «Свит Крик». Она вонзила в него нож, почувствовала, как его теплая кровь течет по ее рукам. Часть ее ненавидела это.