— Метода, о котором было упомянуто на столь высоком собрании, в сущности, ещё нет, — заявила она со всей ясностью. — Но есть надежда, что его удастся разработать. Всё зависит, как справедливо отметил Дмитрий Васильевич, от результатов анализов, которые либо подтвердят, либо опровергнут наши предположения. В чём, собственно, их суть? У нас есть основания предполагать, что в ряде районов глубинные газовые месторождения могут быть как-то связаны с зонами перехода красноцветных толщ в сероцветы. О генетических предпосылках такого рода приуроченности говорить несколько преждевременно. Тем более что и сама она не является в настоящий момент твёрдо установленным фактом. Мы отдаём себе отчёт в том, что в природе существуют не только взаимосвязи, но и простые совпадения. Если ныне ни у кого не вызывает сомнений причинная обусловленность скоплений газа и, допустим, соляных куполов, то нам ни о чём подобном говорить пока не приходится. Вполне возможно поэтому, что мы ошибаемся, и тут имеет место всего лишь случайное совпадение. В этом случае наша гипотеза и связанные с нею надежды рассыплются, как карточный домик…

В зале установилась непривычная тишина, наполненная смутными шорохами и едва различимым гудением кондиционеров.

— У вас всё, Анастасия Михайловна? — деликатно поинтересовался профессор Майдар.

— В сущности, всё, — кивнула Лебедева, наливая себе воды из графина и несколько запоздало поблагодарила: — Спасибо за внимание.

Её не оставляло беспокойное ощущение допущенной где-то тактической ошибки. О чём-то исключительно важном она определённо забыла упомянуть. Так и не припомнив, Анастасия Михайловна вышла из-за пульта и уже сделала шаг в сторону, но её остановил Ласло Ковач.

— А сами-то вы как считаете? — озадаченно воскликнул он. — Там, в Монголии, вы были настроены куда более оптимистично.

— Меня пригласили сюда в качестве эксперта. — Лебедева старалась не глядеть на уткнувшегося в свои бумаги Северьянова. — А это предполагает абсолютную объективность. Факты не зависят от нашего к ним отношения.

— Факты не зависят, — признал Ковач. — Но пока их нет, нам особенно важно знать мнение исследователя. Ваше мнение, уважаемая Анастасия Михайловна, если, конечно, вы ещё не разочаровались в своих исканиях.

— Не разочаровалась. — Лебедева поняла, что явно переборщила, стремясь выказать абсолютную беспристрастность. — Напротив, сегодня у нас имеется куда больше оснований для оптимизма, чем две или три недели назад. Мы изучили весь собранный по региону материал и обнаружили ряд косвенных подтверждений своей гипотезы.

— Вот и ознакомьте с ними аудиторию! — зычно прогудел сверху Корват.

— Хорошо. — Анастасия Михайловна покорно вернулась за пульт и включила монитор. Теперь ей стала понятна её ошибка. Упустив из виду иллюстративную часть, она, вопреки желанию, поставила под сомнение уже достигнутые и, главное, известные представителям результаты. — Карту, пожалуйста, — глухо распорядилась она.

Скрытое освещение померкло, и на телевизионных экранах, хорошо различимых из любой точки, возникли знакомые всем собравшимся контуры исследуемого района. Не чувствуя себя достаточно сильной в стратиграфии, гидрогеологии и прочих не относящихся к её специальности областях, Лебедева лишь очертила переходные зоны, указав намеченные для разведочного бурения места.

— Таблица номер один, — попросила она и, когда на контрольном экране появилось требуемое изображение, дала пояснения: — Здесь приведены характеристики пластовых вод: минеральный состав, температура, радиоактивность, растворённая органика.