Патриция кивнула.

— Да, я помню, что болела корью, когда мне было лет шесть или семь.

— Значит, предупредить остальных. Мы устроим осмотр завтра утром и, полагаю, к полудню выявим заболевших. А сейчас продолжай прикладывать холодный компресс ко лбу Бэб и держи иллюминатор открытым, пока не спадет жар.

Патриция понимающе кивнула, и мужчины вышли из каюты, но прежде чем Стивен закрыл за собой дверь, их глаза встретились.

Она услышала звук поворачиваемого в замке ключа, а затем удаляющиеся шаги.

На следующий день Стивен построил всех матросов на палубе и установил, что свыше трети команды уверены, что никогда не болели корью. Это представляло серьезную угрозу всему экипажу. В Карибском море, полном опасностей, на счету был каждый трудоспособный человек.

На следующий день еще трое метались в жару, и, как и предполагал Стивен, крепкие и сильные моряки переносили болезнь гораздо тяжелее детей. Стивен решил изолировать заболевших, надеясь избежать дальнейшего распространения кори.

Поскольку нельзя было отвлекать здоровых от их обязанностей, он решил поручить Патриции заботу о лежачих. Все время она теперь проводила, ухаживая за больными, стирала одежду, мыла каюты. Ее руки огрубели от постоянного пребывания в воде, она не знала ни минуты отдыха. Приходилось заботиться и о выздоравливающей Барбаре. Хотя жар у той спал, теперь ее беспокоил зуд от подсыхающей сыпи. Молодость девушки брала свое, и она не унывала.

К концу пятого дня болезнь, казалось, пошла на убыль. Новых вспышек кори не было, и Патриция подумала, что худшее позади.

На следующее утро «Либерти» стал на якорь в тихой бухте одного из Багамских островов, чтобы пополнить запасы питьевой воды и фруктов.

В благодарность за заботу о больных Стивен предложил Патриции сопровождать их на берег. Ее не надо было уговаривать, и она, захватив с собой полотенце и мыло, села в шлюпку, которую спустили на воду.

Стивен предупредил Патрицию никуда не отлучаться от маленького озерка, которое было ей определено для купания, а сам с матросами отправился за пресной водой и за тропическими фруктами.

Патриция тотчас сняла с себя сорочку и погрузилась в манящую прозрачную воду. Никогда еще она не испытывала такого блаженства, как от купания в озерке. Она намылилась, вымыла тело и голову, затем ополоснулась и уже на берегу, усевшись под пальму, начала расчесывать волосы.

Вдалеке кто-то перекликался, время от времени раздавался пронзительный крик неведомой птицы, протестующей против вторжения в ее владения.

Изнурительное напряжение последних дней в конце концов сказалось: глаза Патриции закрылись, расческа упала на землю. Через несколько секунд она уже спала.

Некоторое время спустя, еще в полусонном состоянии, она почувствовала, как чьи-то сильные руки подняли ее в воздух.

— Стивен, — с облегчением пробормотала Патриция и прижалась головой к крепкой груди.

Издалека донесся слабый скрип весел, затем она ощутила мягкое покачивание лодки на воде, но ее глаза оставались закрытыми, а голова еще крепче прижалась к мужской груди.

— Стивен, — снова пробормотала она. — Мне так хочется спать.

Обнимавшие ее руки сомкнулись еще крепче.

— Спи, любимая, — прошептал ей на ухо ласковый голос, и она почувствовала, как теплые губы прижались к ее лбу.

Патриция улыбнулась и снова погрузилась в глубокий сон.

Глава 22

Проснувшись на следующее утро, Патриция подумала, что все ей пригрезилось. Но она прекрасно помнила свое путешествие на остров. Умывшись, она, нахмурив брови, внимательно посмотрела в зеркало, как будто в своем отражении могла обнаружить свидетельства вчерашних событий.