Истерическая девица в баре рекомендует мне проваливать отсюда.

Местный бетмэн едва не распрощался с жизнью у меня на руках, только потому, что напугал меня, а я попробовал угрожать ему в ответ.

Здесь будто бы все доведено до крайности. Все проявляется. Как в заполненном газом помещении. Попробуй зажечь спичку — и…

Ладно, мы еще разберемся, чем тут и что наполнено.

Я только сейчас заметил лежащий на тумбе в противоположном конце комнаты тоненький проспект.

На обложке была фотография озера, сделанная откуда-то с территории гостиницы.

Завалившись на кушетку, я раскрыл проспект, рассеянно полистал его.

Добро пожаловать, отличный сервис, лодочная станция, теннисный корт, телевизоры в номерах, и так далее, и тому подобное. Телевизора у меня, между прочим, не было. Кстати сказать, он мне и не нужен. Даже напротив, категорически не рекомендуется. Так же, как и кино, интернет, мобильный телефон, компьютерные игры и прочие приятные достижения цивилизации. Для «индикаторов» все это противопоказано, притупляет эмоциональное восприятие. Разве что музыку слушать можно в неограниченных количествах. Но дорогой товарищ шеф в бумажный пакет с гостинцами, выданный мне в самом начале моей миссии, мп3-плеер запихнуть не удосужился. А жаль.

Я разглядывал проспект. Хоть что-нибудь узнать про сам город, хотя бы какие-то крупицы информации.

Ничего примечательного.

Небольшой уездный городок до революции, имеется памятник архитектуры — полуразвалившаяся церковь девятнадцатого века. В данный момент она восстанавливается, но, судя по всему, без большого успеха. Еще с советских времен остались писчебумажный комбинат да птицефабрика, и те на ладан дышат. Из исторических событий — во время войны здесь проходила линия фронта, имеется памятный монумент. Потом строительство гидроэлектростанции, создание искусственного озера, в результате чего городок стал ближе к воде.

Совершенно ничего примечательного.

Никаких мрачных легенд. Никаких выдающихся личностей, начавших свой путь из этого места и прославивших его на весь мир.

Ну, пансионаты, дома отдыха по берегу. Рыбалка, охота, экзотика а ля рюс для иностранцев. Предложения приобретать землю для уставших от густо заселяемого Подмосковья столичных жителей. Летом здесь еще можно наблюдать некоторое отпускное оживление. А сейчас, осенью — полный штиль и запустение.

«Приезжайте к НАМ в город, и ВЫ получите МАССУ новых впечатлений!»

Абсолютно не за что зацепиться.

Я скомкал проспект и спрятал в карман джинсов. Единственное, что могло мне пригодится из этой брошюрки — карта города, впрочем довольно паршивого качества.

Подложив руки под голову, я стал смотреть в потолок. Интереснейшее занятие. Исконно русский способ углубленной медитации.

Может, еще поплевать в него?

Лениво раздумывая над этим, я уснул.

* * *

Мне снилось, что я поднимаюсь по ступеням.

Ступени были покатые, скользкие, стесанные. До меня по ним поднимались сотни, тысячи ног.

Как обычно бывает в таких снах, самое простое и обыденное движение давалось невозможно трудно. Было очень сложно делать каждый новый шаг.

Меня будто бы опутывали мириады невидимых нитей, тянули вниз, не давали идти. Но я все равно продолжал подниматься вверх.

Я поднимался по ступеням. В тумане. В вязком обволакивающем тумане. Этот туман заплетал мои шаги, мешал передвигать ноги.

Но мне очень нужно было подняться наверх.

Вокруг, насколько хватало глаз, в прорехах тумана угадывалось нечто темное. Ворсистым ковром шелестело что-то черное, живое. Это был лес, джунгли. Непролазные, непроглядные. Живые.

Я поднимался по каменной лестнице. Шаг за шагом.

Навстречу непроницаемо черному небу, истыканному мириадами крошечных алмазных искр.