Поверим на слово добродушному хозяину.

Я завернул за угол.

Собака не делала попыток сдвинуться с места, подняться с земли или залаять. Просто следила за мной умными янтарными глазами, медленно поводя вслед мордой.

— Умная у вас собака какая, — сообщил я громко. — Не лает.

— Разбирается в людях, — бросил в ответ Пасечник.

Наконец он предстал передо мной.

Сразу за домом начиналась собственно пасека. На широкой площадке находились несколько рядов ульев.

Над одним из них склонился спиной ко мне человек в высоких сапогах и пчеловодской шляпе.

— Ты конечно не за медом пришел? — риторически спросил он.

Пасечник повернулся ко мне. На его лицо и плечи из-под шляпы спадала сетчатая материя, так что я не мог разглядеть черты собеседника.

— Собственно… — я замялся.

— Да ладно, я же вижу, — Пасечник махнул рукавицей. — Так чего хотел, гость дорогой? Звать-то тебя как?

— Алексей, — слишком поспешно ответил я. — Видите ли…

Собственно, о чем мне у него спрашивать? Про что говорить?

Знает ли он, где Максим и что вдруг ему взбрело в голову?

А то мы тут с Черномором с ног сбились, ищем его, а он по Фролову стреляет. Может вы в курсе, в чем проблема, нет?

Да и вообще странный у вас городок, товарищ Пасечник. Странные аборигены по нему шляются. В дожде. Сны странные снятся, которые вроде и не сны. Ничего подобного не замечали, что думаете об этом? Мне вас тут порекомендовал один молодой человек, он правда из «минусов» и мы с ним сначала поплавали в луже, но потом поручкались…

Едва я успел разлепить губы, он перебил:

— Парень такой высокий, темноволосый. Звать Максимом. Не твой товарищ случайно?

Да что же это такое?! Максима здесь все знают, он тут «селебрити», а я вынужден как слепой щенок по углам тыкаться, его искать? Ну спасибо, шеф.

— Собственно, да, — подтвердил я. И добавил. — Поэтому я и пришел. Но, видимо, не только за этим.

Пасечник пожал плечами, вернулся к работе. Как он, интересно знать, меня сразу раскусил?

— Ну, во-первых, — благодушно начал он, демонстрируя мне спину, обтянутую поношенной штормовкой. — Я полжизни в органах проработал. И глаз у меня алмаз, сынок. Во-вторых, Коля, который сейчас за забором томится. И, замечу, правильно делает. Коля тоже Максима твоего сюда притащил. И в-третьих, вопросы я думаю, ты мне будешь задавать те же самые, что и он, поэтому вступительную часть можем смело пропустить. Верно?

Я кивнул.

— Ну, так слушай, — начал он напевно, продолжая возиться с ульем. — Над нашим городом висит… давнишнее проклятье. Старики сказывали, что до революции в этих местах обретался таинственный граф. Он похищал окрестных девушек, запирал их в своем родовом склепе, а по ночам носился над полями в облике черного демона с перепончатыми крылами…

Старик помолчал.

— Ты еще здесь? — спросил он.

— Да, — я задумчиво почесал подбородок. — Это такая легенда? Или…

Пасечник зашелся в приступе лающего кашля. Я не сразу понял, что он так смеется.

Наконец, он обратил ко мне скрытое сетчатой вуалью лицо.

— Я же знаю, что ты думаешь, — сказал он. — Сбрендил совсем старик на своей пасеке.

— Я так не думаю, — честно сказал я.

— А не думаешь, так и молодец. Тогда может и поймешь чего.

— Я хотел спросить, — решился я. — Что вы знаете о городе? Я имею в виду не официальные данные, а скорее…

— Да знаю я, что ты имеешь в виду.