Растерянная, шокированная, Джулия уселась на барный стул на кухне. Ей не приснились вчерашние события, она также не вообразила их себе. Это значит... Пока она спала, Тристан везде убрался. Она не приказывала этого ему. Он просто сам позаботился обо всем. Как... мило. Она хотела расплакаться. Никто раньше не относился к ней с такой любящей заботой, и знание, что он сделал это для нее, заставило каждую клеточку в ее теле переполниться сильным желание и нежностью.

Он подошел к ней сзади и кончиками пальцев начал поглаживать ее шею. На нем было только нижнее белье. Джулия задрожала. Она всегда удивлялась его отношению к ней, силе его тела, изяществу его движений. Величественности его взгляда. Не услышав и слова от Джулии, Тристан начал его утренний ритуал - приготовил ей кофе, качество которого не улучшилось, но она все равно не могла решиться поправить или остановить его.

- Я пытался сказать тебе, что сделал уже все, что ты хотела, - сказал он, не смотря на нее.

- Нет, - покачала головой Джулия, - ты говорил, что мне нужно вернуться в кровать.

Он приподнял бровь.

- А это не то же самое?

Нет, не то же. Она еще раз осмотрела комнату.

- То, что ты сделал... У меня нет слов, Тристан, я не знаю, что сказать.

- Скажи, что больше никогда не будешь выглядеть такой разбитой, что доверишься мне.

- Я доверяю тебе, - совершенно серьезно ответила она. - Доверяю больше, чем кому-либо.

Улыбка расцвела на его губах.

- Это доставляет мне удовольствие.

- Как ты все это сделал? - Она развела руки в стороны. - Я даже ничего не слышала.

- Мои навыки в уборке совершенствовались в течение многих лет. Фриша, женщина, которой я когда-то служил, заставляла меня вылизывать ее дом от пола до потолка каждый раз, когда я не мог угодить ей.

- Ужасно, - пробормотала Джулия, больше расстроенная тем фактом, что другая женщина приказывала ему, чем тем, сколько работы он должен был проделать. "Я просто говно", - подумала она.

- Ужасно - подходящее определение, - ответил он. - Твой кабинет...

Джулия резко втянула воздух.

- Кабинет! Пожалуйста, скажи, что не убирался в кабинете!

Если он только нечаянно выбросил ее компьютерные диски или бухгалтерские файлы...

- Не хочу казаться неблагодарной, но...

Он перебил ее до того, как Джулию накрыла бы паническая атака:

- Эту комнату я не трогал. Я не знал, что где должно стоять.

- Спасибо. - Аромат кофе подплыл к ее носу - такой же успокаивающий, как и его слова. - За все, - добавила она.

Он выглядел, как непоколебимый дикарь снаружи, но Джулия видела нежного, доброго мужчину, каким он и был на самом деле. Не удивительно, что она полюбила... О, Боже!

Полюбила.

Ее не отпугивала такая вероятность вчера, но все же под действием вина такая перспектива стояла под вопросом. Но в свете дня не было никаких вопросов. Она любила его. Безусловность ее чувств била в колокола внутри нее - кульминация радости и грусти, жгучего желания и горько-сладкой боли. Она хотела смеяться и плакать одновременно.

Она любила его.

И не знала, что делать.

Если сказать Тристану, он может пожалеть ее или, что еще хуже, беспечно отвернуться, как от чего-то нестоящего внимания. В конце концов он не поддается эмоциям. "Да и должен ли?" - бросил внутренний голос. Замешательство. Сомнения. Желание невозможного. Все это - составляющие любви. Джулия вздохнула. Она всегда представляла это чувство как цветы и конфеты, улыбки и счастье, не говоря уже о браке и детях.