Фантазии о ней и Тристане в кресле, занимающихся всем тем, что он описал, заполнили ее голову. «Я должна заняться с ним любовью в кресле».

- Скажи, что хочешь меня, маленький дракончик. Произнеси эти слова.

- Я хочу тебя, - прошептала Джулия. Ей хотелось поцеловать и облизать его шрамы, чтобы стереть их, чтобы помочь ему исцелиться. Хотелось пройтись языком по каждой из его татуировок и услышать его стоны.

- Я хочу заниматься с тобой любовью столько раз, чтобы перестать различать, где заканчивается мое тело и начинается твое.

Тристан развернул Джулию.

- Ты будешь моей? - Теперь его тон был грубым, первобытным. Не дав ей возможности ответить, он опустил голову и набросился на ее губы страстным поцелуем. Приветствуя его силу и твердость, она отвечала выпадом на каждый удар его языка, ее руки гладили его спину.

«Отныне и навсегда», - подумала Джулия.

- Навсегда, - сказал он, будто услышав ее невысказанное обещание. Тристан прижал ее к себе; его пульс барабанил с бешеным ритмом. Когда он держал Джулию в объятиях, он забывал о своем прошлом. Он не будет беспокоиться о другой женщине, старающейся его вернуть. Его интересовал только этот момент. Ощущение ее кожи под руками дарило невероятное возбуждение. Ее запах сводил его с ума. Он хотел эту женщину.

- Позволь мне дотронуться до тебя, - проговорила она, судорожно вдохнув. Тристан знал, чего стоила ей эта смелость, и он бы дал ей весь мир, стоило ей только попросить.

- Позволить тебе? Нет, Джулия. - Он лизнул краешек ее губ. -  Мне нужно, чтобы ты  дотронулась до меня.

Он направил ее руку вниз по мышцам своей груди, по животу, и  вместе они проникли под его нижнее белье. Тристан сжал ее ладонь на его длинном, вставшем члене, показывая, как двигать рукой. Быстро освоившись, его Джулия провела рукой вверх, вниз, вверх, а затем снова вниз с ювелирной точностью.

- Да, дракончик, - похвалил он, затем простонал: -  Именно так.

Держа его в руках, Джулиячувствовала женскую  власть, которой упивалась. Здесь, перед ней, был мужчина, мастер чувственности, реагировавший на нее так,  будто не мог насытиться ею.

Опьяняющие мысли.

В следующее мгновение он стянул ее футболку, открывая своему взору ее обнаженную грудь. Прохладный воздух коснулся ее разгоряченной кожи - соски встали и начали болезненно покалывать.

Джулия услышала, как Тристан с шипением  вдохнул и проговорил:

-Ты самая совершенная женщина, какую я когда - либо встречал.

- Нет, я... - начала она по привычке, но остановила себя.

Он провел языком по ее соску, в то время как пальцы поглаживали ее живот. Больше Джулия не могла ничего сказать. Ее тело охватило пламенем страсти. Желая большего, она выгнула спину, предоставляя Тристану больше доступа. Тристан всосал острую вершинку в горячую влажность рта. Его рука опустилась по ее животу. Джулия задрожала.

И наконец Тристан снял с нее последний предмет одежды - трусики. Джулия  застонала, не от дискомфорта или смущения, что до сих пор удивляет ее, а от страстного желания. Прямо сейчас этот мужчина принадлежал ей. Только ей. Для других он может быть и раб любви. Но для нее он был просто Тристан, чувственный мужчина,  который заклеймил ее тело так же, как он заклеймил и ее сердце.

Он проложил дорожку поцелуев  вдоль ее шеи и ключицы; волосы на его груди щекотали кожу. Он отстранился всего на секунду, и Джулия почувствовала легкое легкое дуновение воздуха, когда он снял с себя нижнее белье. Затем одной рукой он подхватил ее под  колени, а другой - за поясницу. Когда он поднял ее, Джулия почувствовала, что ее мир накренился, будто она плывет на воздушном облаке.